Книга Зодиак. По следам зла, страница 15 – Андрей Залевский

Но на концерт они не поехали. Сначала они навестили подругу Бетти, Шерон, чтобы поделиться секретом и радостью первого свидания. Затем заехали в популярную местную закусочную «У мистера Эда», где выпили газировки и съели картошку фри, окруженные шумом и смехом таких же подростков. А потом, поддавшись тому самому древнему, как мир, инстинкту, требующему уединения, Дэвид вывел старенький «Рэмблер» за пределы города.

Он привез ее сюда. На «аллею влюбленных».

В шестидесятые годы такие неофициальные парковки существовали на окраине каждого американского городка. Глухие тупики, лесные опушки или, как здесь, гравийные площадки у муниципальных объектов. Места, куда подростки приезжали, чтобы сбежать от всевидящих глаз взрослых, послушать радио в темноте, выкурить запрещенную сигарету или впервые неловко поцеловаться на переднем сиденье отцовского автомобиля. Это была территория юности, скрытая от жестокого взрослого мира. Зона безопасности, очерченная габаритами салона.

Но этой ночью аллея была пуста. Мороз отпугнул даже самых отчаянных романтиков. «Рэмблер» Дэвида стоял здесь в полном одиночестве.

В салоне царила та особенная, густая подростковая неловкость, которая бывает только на первых свиданиях. Пространство переднего дивана, не разделенного консолью, казалось Дэвиду бескрайним минным полем. Между ним и Бетти Лу оставалось около фута пустого пространства. Это расстояние ощущалось как пропасть, преодолеть которую было сложнее, чем переплыть океан.

Дэвид не знал, куда деть руки. Он то клал их на руль, то опускал на колени, то делал вид, что проверяет ключи в замке зажигания. Сердце колотилось в груди ровным, гулким ритмом. Он чувствовал тонкий, сладковатый аромат ее духов, смешанный с запахом старого винила, бензина и автомобильной печки, которая уже перестала греть.

Бетти Лу смотрела прямо перед собой, в лобовое стекло, лишь изредка бросая на него быстрые, смущенные взгляды из-под полуопущенных ресниц. Она тоже нервничала. Ее пальцы теребили край теплого пальто. В тишине машины каждый звук казался оглушительным: шорох ткани, скрип пружин сиденья, тяжелое дыхание.

— Как думаешь, там, на концерте, мы многое пропустили? — тихо спросила она, чтобы хоть как-то нарушить повисшую тишину. Голос ее прозвучал мягко, но в замкнутом пространстве остывающего автомобиля эхо почти отсутствовало.

— Вряд ли, — Дэвид улыбнулся, повернув к ней голову. — Наверное, мистер Смит снова заставил хор петь «Тихую ночь» на полтона выше, чем нужно. Как в прошлом году.

Бетти Лу тихо рассмеялась. Этот звук на мгновение разрядил напряжение. Дистанция между ними на сиденье словно стала чуточку меньше.

Но холод снаружи неумолимо пробирался внутрь. Универсал был старым, уплотнители на дверях местами рассохлись. Резкое падение температуры давало о себе знать. Воздух в салоне становился все более стылым. С каждым их выдохом изо рта вырывались облачка белого пара. Этот пар достигал окон и оседал на них.

Медленно, дюйм за дюймом, стекла «Рэмблера» начали покрываться густым, непроницаемым слоем конденсата. Снаружи мороз немедленно схватывал эту влагу, превращая ее в ледяную корку. Окна теряли прозрачность. Мир за пределами машины исчезал, стирался, заменялся мутно-белой пеленой.

Дэвид и Бетти Лу оказались заперты в крошечной, изолированной капсуле. Они больше не видели ни темного силуэта насосной станции в двадцати футах от них, ни черной линии Лейк-Херман-Роуд, ни звезд на безлунном небе. Капсула стала их собственной маленькой вселенной. Это давало иллюзорное чувство уюта и абсолютной безопасности. Внутри было безопасно. Опасность, если она и существовала, осталась там, за запотевшим стеклом.