Онлайн книга «Храмы веселья»
|
Рамзи это не беспокоило, его книгу приняло лондонское издательство, и он теперь ни о чем другом не мог говорить. Мой роман то, мой роман сё. Он назывался «Эпоха блесток» и вызвал некоторый интерес среди «литературной публики», как называл Рамзи этих людей в разговоре с Фредой, потому что он написал «романоклей»[123]: это означало, что там выведены живые люди под другими именами – то есть, с точки зрения Фреды, почти как в жизни. Она прочла несколько страниц, но чтение шло тяжело, и она скоро бросила. Другие тоже бросали, интерес к роману длился недолго, и тираж разошелся не весь. Рамзи написал еще два романа, но не нашел для них издателя. «Эпоха блесток» исчезла из продажи через пару лет, возмущенно рассказал Рамзи Фреде. То был последний раз, когда она его видела – во время «Странной войны», она тогда держала маленький бар в Мэйфере, который купила на доходы из «катранов». Довольно шикарное заведение, и оказалось, что принаряженная Ванда неплохо смотрится за стойкой бара и клиенты ее любят. Когда началась настоящая война, Ванда, несмотря на возраст, вернулась к своему прежнему ремеслу, слишком прибыльному, чтобы им пренебрегать. Мальчикам в форме нужна материнская забота, говорила она. «Ну, можно это и так назвать», – сказал бы Дункан. Фреда прожила долгую жизнь вдали от сцены и закончила свои дни владелицей паба в Саффолке, который купила после войны. К тому времени она была замужем, родила дочь и настояла на том, чтобы назвать ее Флоренс в честь потерянной подруги, – старомодное имя, которое новая Флоренс ненавидела всю жизнь. Когда пришли бурные шестидесятые, Флоренс стала манекенщицей и перекрестила себя в Дженни. Под конец войны, когда Фреда еще жила в Лондоне, ей бросилось в глаза имя «Рамзи Кокер» на газетной странице. Это был отчет о дознании, за которым следовал краткий некролог. Мистера Рамзи Кокера нашли на тротуаре Ханс-Крезент под окнами его квартиры в третьем этаже, и, хотя возникло подозрение, не покончил ли он с собой, коронер, заслушав свидетельства о его хроническом алкоголизме и наркотической зависимости, вынес вердикт о том, что причина смерти не установлена. «Эпоху блесток» не упомянули, сообщив только, что Рамзи был «сыном Нелли Кокер, скандально известной владелицы ночных клубов». * * * После смерти Фробишера Лотти определили в большую загородную лечебницу. Дорогое место, приют для состоятельных людей – с обширными угодьями, хорошей едой и множеством занятий, благотворных для скорбных умом. Плату за Лотти на протяжении ее удивительно долгой жизни вносила благотворительница, некая мисс Келлинг, которая никогда ее не навещала. * * * Нелли потеряла почти все свои деньги в биржевом крахе 1929 года и умерла несколько лет спустя. По словам дочерей, дежуривших у смертного одра, ее последние слова были: «О, глядите, вот и Мод» – никто не понял, о чем это она. Нелли прожила достаточно долго, чтобы увидеть, как Бетти и Ширли вышли замуж за мелких аристократов. На каждую из свадеб она баловала себя новой шубой. К счастью, до разводов дочерей она не дожила. Эдит продолжала управлять остатками клубов Нелли, все менее прибыльными с течением времени. «Аметист» вместе с самой Эдит был уничтожен прямым попаданием во время лондонского блица. Китти закончила свои дни завсегдатаем бара в клубе «Колони Рум», где постепенно спилась до смерти. |