Книга Янтарное лето, страница 214 – Мидзуки Цудзимура

А тем временем Норико и остальные вполне были к этому готовы. Изначально, конечно, в приоритете было доказать невиновность Мики в суде, делая акцент на ее заявлении о том, что она «этого не совершала», но потом они поняли: важнее освободить Мику от прошлого, которое буквально держало ее в заложницах.

Сторона истицы тем временем наотрез отклонила не одно, а целых два предложения о мирном соглашении.

Норико была уверена, что Сино и остальные довольно рано поняли, что привлечь к ответственности Мику, которой тогда было одиннадцать, задача не из простых. И тем не менее они от своего не отступились – то ли из неприязни к «Школе будущего» и лично Мике, которая возглавляла там Женское отделение, то ли в отчаянном стремлении докопаться до правды. Если им хотелось денег, то лучше было бы не поддерживать этот невыгодный для них иск, а пойти на мировую – там-то они точно могли ожидать выплат, да и Мика в целом не стала бы этому препятствовать. Но Сино, похоже, была решительно настроена продолжать судебные разбирательства.

Норико вспомнила об этом, когда увидела, как та пристально уставилась на Мику в зале заседаний.

Все это выглядело так, словно Сино просто хотела встретиться с Микой – ровесницей своей дочери, – вот и вызвала ее сюда. Неужели в этом и крылась ее истинная цель? Норико понимала, что все не могло быть настолько просто, и тем не менее у нее не получалось отделаться от этой мысли.

Сино Игава подала сразу два иска – один к Мике, о возмещении ущерба и денежной компенсации в связи с «убийством», другой к «Школе будущего», в связи с «причинением смерти по неосторожности» и «сокрытием улик». Чтобы избежать конфликта интересов, дела рассматривались по отдельности.

По решению суда Мику признали невиновной, учитывая ее юный возраст на момент событий, однако в нем ничего не упомянули о том, что представители «Школы», несшие ответственность за проживавших на территории детей, поступили тогда халатно. Заседание по иску к организации должно было пройти позднее, и до сих пор оставалось неясно, чего от него можно ожидать. Впрочем, факт сокрытия тела ни у кого не вызывал сомнений, так что, скорее всего, со «Школы будущего» должны были взыскать компенсационные выплаты.

Вообще-то, на нынешнем заседании рассматривался не только вопрос о виновности Мики – судей также заинтересовали и отношения между Сино Игавой и ее дочерью, Хисано. Норико еще и поэтому не могла глядеть той в глаза, пока оглашалось решение.

Жертва – старшая дочь истицы – с трехлетнего возраста не проживала вместе с матерью, и с момента ее отъезда они встречались всего несколько раз. На протяжении более двадцати лет мать ни разу не озаботилась вопросом о ее безопасности. Другими словами, между ними не было нормальных взаимоотношений, которые можно ожидать в семье. Норико настаивала на этом на протяжении всего процесса. Это было все равно, что заявить – Сино Игава не настолько уж переживала о дочери, чтобы оказаться травмированной ее гибелью и требовать возмещения причиненного ущерба или хоть какого-то сочувствия к своей персоне.

Но стоило ли в принципе доводить до такого?

От мыслей об этом у Норико начинало колоть в сердце. Она всего лишь представляла Мику в суде – но разве и сама Мика не чувствовала по этому поводу то же самое, что и Норико?