Книга Меч света, страница 56 – ГоЛеон

Вышагивая с грацией модели на подиуме, она приближалась к нам, будто к старым знакомым, к тем, кого ждала. От нее исходил тот же аромат, что и на проклятой поляне, – пьянящий, дурманящий, как тонкий шлейф яда, замаскированный под роскошь. Подойдя вплотную ко мне, она легко провела кончиками пальцев по щеке и игриво подмигнула. При этом ее глаза буквально сканировали нас, изучали, словно мы товары на витрине.

Щелкнув пальцами, она ослепительно улыбнулась, и рядом с нами из воздуха возникли три роскошных кресла, а между ними – изящный столик, уставленный фруктами и с хрустальным графином вина.

Она подняла бокал, в котором играл рубиновый напиток, и с легким поклоном произнесла:

— За доблестных героев, сумевших не поддаться соблазну и победить порок!

Ее голос был как мед на горячих углях, тянущий и обжигающий одновременно.

Она осушила бокал одним глотком. Мы с Гёте переглянулись и, не сказав ни слова, последовали ее примеру. Вино оказалось на удивление мягким, с тонкой пряной ноткой, оставляющей в послевкусии легкое тепло.

Я поставил пустой бокал на стол и спросил:

— Кто ты?

— Зовите меня Ясмин. – Ее голос обволакивал, как бархат. – И да, я суккуб, как вы наверняка уже поняли.

— Ты… страж сердца? – уточнил я. – Где оно?

Она хищно улыбнулась, склонив голову набок:

— Я и есть сердце лабиринта.

— Так мы тебя уже поразили? – Гёте с усмешкой опрокинул второй бокал.

— Ой-ой, не так быстро, мальчики, – томно протянула Ясмин, устраиваясь в кресле. – Вы на верном пути, урок усвоили, но, прежде чем отпустить вас, нужно закрепить результат.

Мы насторожились. Гёте крепко сжал подлокотник, я кивнул:

— Задавай свой вопрос. Покончим с этим.

Ясмин склонилась вперед, ее взгляд стал серьезным, а голос – глубоким, почти торжественным.

— Что, освещая путь во мгле, добавит храбрости и силы? Ее не купишь, не продашь, ценнее всех сокровищ мира…

Она замолчала, взглядом подталкивая нас к ответу.

— Любовь, – не раздумывая ни секунды, отрезал Гёте, откинувшись в кресле. – Можно еще вина, пожалуйста, больно уж оно у вас вкусное.

Ясмин лишь игриво улыбнулась, и его бокал тут же наполнился рубиновым вином вновь. Гном жадно схватил его не теряя времени.

— Конечно, вкусное, – мурлыкнула суккуб, – это же слезы юных дев, томящихся в темницах преисподней.

Гёте тут же поперхнулся и отчаянно закашлялся так, что, казалось, вино сейчас и из ушей польется обратно. Я успел похлопать его по спине, пытаясь не засмеяться.

— Шучу, – с ленивой грацией произнесла Ясмин. – Обычное эльфийское, с виноградников самого Глориуса.

Гном бросил на нее подозрительный взгляд, но все же отставил бокал подальше.

— Признаю, вы меня поразили, мальчики. – Ее голос стал мягким, почти ласковым. – Позвольте преподнести вам скромные подарки.

Она протянула ладонь и, раскрыв ее, продемонстрировала два кольца и небольшой свисток, выточенный из зеленого нефрита. Они мерцали, словно живые, дыша магией.

— Наденьте эти кольца, и магия разума больше не будет иметь над вами власти. Никогда. Вы навсегда освободитесь от ее пут. А свисток… – Она посмотрела прямо на меня. – Это тебе, Странник. Когда очень понадоблюсь, свистни, и я тут же окажусь рядом. И не только в бою. Если вдруг без женского тепла станет невмоготу, я с радостью тебя… приласкаю.