Книга Меч света, страница 27 – ГоЛеон

— Кто вас послал? – глухо произнес гном, но со сталью в голосе. Тот, кто хоть раз слышал ее, знает: лучше не врать.

— Это все Вэнэр, – залепетал мужик, – сказал, пацан кинул его, и теперь не успокоится, пока не достанет.

— Кинул? – Я шагнул вперед. – Это когда интересно? Ты, часом, не путаешь?

— Откуда мне знать, – забормотал он, – бубнил что‐то, мол, кровь вепря от человеческой по запаху отличит.

Вот и все. Понятно, что за змея этот трактирщик. Не проглотил наживку, теперь злится и мстит, да не сам, а чужими руками.

— А тебе‐то зачем это? – спросил я. – Легкой наживы захотелось? Больно ты труслив для разбойника.

— Только не вздумай про детей ничего говорить, – глухо прорычал Гёте, – я же тебя знаю, крысеныш, у тебя ни жены, ни детей.

— Пока нет, но ведь будут… когда‐нибудь, – пробубнил тот, не поднимая глаз.

— Это вряд ли, – усмехнулся я. – Ладно, говори честно, зачем лез?

— Не только за деньгами, – буркнул он. – В городе жизнь тухнет, гаснет, как свеча на ветру. Верхи сытые, а мы все хуже. Мы решили к Белому податься, в банду. Вэнэр за нас замолвил словечко, а ты наш входной билет… – И кивнул в мою сторону, не решаясь взглянуть.

— Не дави на жалость, – спокойно, но с нажимом сказал я. – Когда идешь убивать, будь готов, что и сам домой не вернешься. Сегодня тебе повезло.

Гном подошел ближе, глянул на мужика в упор:

— На этот раз мы тебя отпустим. Передай Вэнэру: я вернусь за ним. Может, завтра, может, через год. Пусть ждет.

Тот побледнел, вскочил и без лишних слов исчез в кустах. Бежал не оглядываясь.

Я посмотрел на тела. По-хорошему, стоило бы их облутать, но, только взглянув на разрубленные останки, я чуть не попрощался с обедом. Пара медяков и ржавые мечи не стоили того. Воины из них – как из мякиша броня. Нет уж.

Гёте, словно ничего и не случилось, уже сидел у пня и неспешно допивал чай. Без эмоций. Только взгляд у него был чуть мрачнее обычного, с непонятным оттенком. Я молча сел рядом, взял кружку. Остатки еды убрал в рюкзак, стараясь не думать о случившемся. Ворон все так же сидел на ветке, наблюдая за нами.

— Спасибо тебе, – сказал я, глядя на птицу. – Если бы не ты, могли бы и влететь. Не дал им застать нас врасплох.

— Учитывая, что́ я только что видел, – хрипло каркнул ворон, – не думаю, что у них было хоть какое‐то преимущество. Так что не за что.

— Позволь узнать… – Я посмотрел ему в глаза, в которых плескалась странная глубина. – Кто ты такой и зачем летел за нами?

— Моя раса и имя трудны для понимания человеческим разумом, – ответил ворон завораживающим голосом, в котором слышались отголоски древности. – Поэтому зовите меня просто Мудрец.

Он слегка склонил голову, будто поклонился, и продолжил:

— Сегодня утром, сразу после вашего ухода, король Арташ созвал придворных для обсуждения государственных дел. Среди них был и я. Признаться, многие не верят в положительный исход вашей миссии. Скорее наоборот. Но я, как помощник архивариуса, вызвался вас сопровождать, чтобы лично задокументировать все происходящее и докладывать королю… по мере надобности.

— С чего ты решил, что нам нужна нянька? – Гном резко поднялся. – И тем более лазутчик короля?

Его взгляд стал колючим, рука невольно сжала рукоять топора.

Мудрец не отреагировал, лишь чуть развернул голову, глядя в лицо гному острыми глазами.