Книга Меч света, страница 156 – ГоЛеон

Когда мы все же остановились, она кокетливо улыбнулась:

— Это тоже… чтобы не замерзнуть. Но давай спать уже. Завтра трудный день…

Голос ее затихал. Глаза закрывались прямо на последних словах. Она уснула сразу, словно мир наконец ей это разрешил.

А я… Я еще какое‐то время просто лежал и смотрел на самое прекрасное лицо в любом из миров.

Когда я проснулся, то заметил, что все уже не спят. Только мы с Линель никак не хотели вставать. Гёте возился у костра, проверяя похлебку. Донис щелкал пряжками, настраивая снаряжение, а Сиана… Сиана расчесывала шерсть Кисе, и та почти блаженствовала, прикрыв глаза, едва слышно урча.

Я уже собирался подняться, но Линель опередила меня, мягко положив руку мне на грудь и удержав.

— Давай полежим еще одну минуточку, – прошептала она, не открывая глаз, но с легкой улыбкой на губах.

Я не удержался и снова ее поцеловал. И как бы мне ни хотелось продлить эту минуту до бесконечности, я понимал: пора вставать. Еще я понял, что холод почти не ощущается. Наверное, из-за амулета или потому, что лагерь был устроен грамотно: ветер нас не доставал, а скалы создавали естественную защиту.

Уже через десять минут мы были полностью готовы к завтраку. Пахло теплым мясом и отваром из трав. Ели мы почти молча. Все будто чего‐то ждали. Наверное, напутствий от меня. Но в голове у меня была… Линель.

— Серый, сотри уже со своей мины довольную улыбку, – буркнул Гёте, явно раздраженный моим счастливым видом.

— Моя улыбка никак не влияет на исход рейда, – ответил я, не меняя выражения лица. – А значит, вас, друзья, она никак не должна волновать.

Я поставил кружку на камень рядом с собой.

— А если по делу: информации у нас все еще недостаточно, чтобы разработать нормальный план. Так что будем импровизировать.

За всей этой суетой я только сейчас осознал, чего не хватало: медведей. Повозка стояла распряженная, а следы вели в обратном направлении.

— Это я их отпустила, – сказала Линель, обняв меня сзади. – Незачем им там с нами пропадать.

Конечно, то, что она сделала это не посоветовавшись, немного меня задело, но это было ее решение, тем более что я был с ней полностью согласен.

Вскоре мы двинулись в путь. Солнце было где‐то там, за облаками, но не давало ни тепла, ни света. Оно будто висело в небе, просто чтобы быть. Ветер стал тише, но это не приносило покоя, скорее наоборот. Дорога к ущелью была заснеженной. Мы шли не спеша, поглядывая по сторонам.

Я заметил, что скалы не отражали свет. Снег падал, но не таял, не ложился на них, а будто отскакивал. А потом ветер прошелся по нам.

Сиана замедлила шаг.

— Смотрите…

Она показала рукой на ближайший склон. На нем был знак – каменная вязь, словно выжженная или выросшая прямо на поверхности. Знак пульсировал.

— Я здесь был, – вдруг тихо сказал Донис. – Или… нет, видел это во сне. Очень давно.

Я обернулся – сзади ничего. Впервые за весь поход у меня было чувство пустоты и растерянности. Ласка прижалась к моему плечу и тихо зашипела. Киса замерла, насторожившись. Ее зрачки сузились, уши уловили что‐то впереди, чего мы не слышали.

— Все. Вот оно, ущелье, – сказала чуть слышно Сиана.

Перед нами открывался проход между скалами, словно разорванная рана в теле горы. Внутри не мрак, не туман, а зловещая белизна, как бы абсурдно это ни звучало.