Книга Ловелас. Том 5, страница 70 – Илья Взоров

Первым кого, я встретил была Мэйми Ван Дорен. С удивительной высокой прической, в длинном белом платье «в пол». Сначала я увидел полностью голую спину, вплоть до попки. И только после того, как Мэй повернулась, я ее узнал. Рядом с ней стоял с бокалом Марлон Брандо.

— О, Кит! И Говард! — ничуть не смущаясь нашей странной истории на «крышесносящей вечеринке» Мэй расцеловалась сначала со мной, потом с Хьюзом. Мы пожали руки с Брандо, который взглядом мне тут же показал, что именно он сегодня с Ван Дорен. Ну и пожалуйста, очень надо…

Говард обменявшись светскими фразами с этой парочкой, сразу потянул меня дальше. Ему явно горело. И что именно, я понял, когда мы дошли до бара.

Вдоль него, на высоких табуретах, сидели девушки. Молодые актрисы — стартлетки, как их тут называли, — выставленные напоказ, будто товар в дорогой витрине. Одеты они были так, что у меня, человека, повидавшего немало, на секунду отвисла челюсть: платья с разрезами до бедра, обнажённые спины до самого копчика, как у Ван Дорен, шёлк, льнущий к телу как вторая кожа. Они сидели, закинув ногу на ногу, показывая подвязки чулков, потягивая коктейли и стреляя подведенными глазками по всему залу. На лицах помимо фальшивых улыбок можно было увидеть четкое понимание, что карьера каждой может решиться сегодня одним щелчком пальца нужного человека.

— Идём. — Хьюз взял меня под локоть и повёл вдоль бара.

Он двигался как человек, которому здесь принадлежит если не всё, то очень многое.

— Ты. — Палец авиамагната указал на платиновую блондинку с кукольным лицом а-ля бэби-фейс и фигурой, затянутой в серебристый шёлк. — И ты. — Палец переместился на жгучую брюнетку с раскосыми глазами и оливковой кожей, в изумрудном платье, по виду — то ли с примесью мексиканской крови, то ли итальянка. Скорее второе. Девушки сразу представились. Звали их Ширли и Долорес. Обе слегка покраснели, но соскользнули с табуретов, встали рядом. Хьюз оценил фигуры:

— Обе Бэшки — резюмировал Говард остановив взгляд на бюстах девушек — Четырехдюймовые.

Соседки по бару сразу засмеялись этой сексистской шутке, а Ширли с Долорес сильно покраснели.

Я же по привычке перевел в российский масштаб. Грудь у обеих второго размера.

Потом Хьюз обернулся ко мне.

— А ты чего ждёшь? Выбирай.

— Обязательно?

— Ну ты же не просто так без заек сюда явился. Как говорят, в Англии, не надо ездить в Ньюкасл со своим углем. Смотри, какая тут шахта! — Хьюз махнул рукой на девушек, продолжил:

— Сегодня у Занука особая вечеринка. В термах.

— У директора «Двадцатый век Фокс» здесь что, ещё и термы есть? — обалдел я.

— А ты как думал? — Хьюз откровенно наслаждался моим лицом. — Сейчас тебе выдадут тогу. А им, — он кивнул на покрасневших девушек, — туники. Такие короткие, что раздевать уже не придётся.

— Будет древнеримская оргия?

— Будет, даже не сомневайся.

— Я думал, планируется серьезный разговор с серьезными людьми.

— Он тоже будет, но потом, когда мы разомнем как следует этих красоток. А они разомнут нас.

Я обвёл взглядом бар. Кого же выбрать? От обилия красивых девушек глаза просто разбегались в разные стороны.

Я прошелся вдоль бара, и мой выбор пал на самую удивительную старлетку.

Чуть в стороне от хихикающих красавиц сидела девушка, которая выламывалась из общего ряда. Не платиновая, не жгучая, не затянутая в шёлк. Меднокожая брюнетка, с короткой, дерзкой стрижкой «под мальчика» — что для местной моды было почти скандально. Тут все поголовно носят локоны и волны. Не негритянка, индианка. Не в смысле жительница Индии, а скорее представительница коренного, индейского населения. И почти наверняка метиска, слишком уже светлая кожа — бронзовый оттенок едва заметен.