Онлайн книга «Семь рыцарей для принцессы»
|
Сквозь слабость и дурноту девушка пыталась понять, что с ней происходит. Прикосновения мужа не вызывали в теле той приятной истомы, о которой судачили служанки. Его жесткие широкие ладони, привыкшие сжимать рукоять двуручного меча, грубовато ласкали напряженную прямую спину. — Что тебя беспокоит, дорогая? — допытывался он, поглаживая шершавыми пальцами нежную кожу, покрытую капельками пота. Эмилия ниже опустила голову, пряча лихорадочно горящее лицо за водопадом длинных темных волос. Перед глазами все плыло, с каждой минутой все сильнее и сильнее. Когда он целовал ее, она не закрывала глаз, когда толкнул на постель — не обрадовалась, не затрепетала. Просто постаралась быть хорошей женой. Ради себя, ради родителей, страны. Ради своей сестры. А после, сжавшись в углу огромной постели, рискнула заговорить. — Почему… Почему я ничего не могу вспомнить? — проронила принцесса глухо, фокусируя взгляд на стиснутых в кулачки пальцах. — Что делала вчера? Позавчера? Где моя сестра? Все путается… — Тсс… — мужчина жестом заставил ее замолчать, вновь склоняясь над ней и щекоча шею длинными светлыми волосами. Принцесса застыла от ужаса и дурноты, охвативших ее измученное тело, ослабленное загадочным недомоганием. Она видела сквозь мутную кровавую дымку лицо супруга, красивое, но совершенно чужое. — Лен… нард, — простонала она, из последних сил цепляясь за обрывки гаснущего сознания. — Ты… ты ведь не мой… Леннард Огюстос провел рукой над опустившимися веками девушки, чтобы убедиться в действии заклинания медленной смерти. Еще несколько дней, и он станет вдовцом с целым миром в качестве прощального подарка от безвременно почившей супруги… ЧАСТЬ 1. Урок 1. С другом, лишившимся памяти, можно подружиться дважды — Эй, Герман! Герман закрыл учебник, заложив палец меж страниц и без особого труда взглядом отыскал в толпе Ролана. Сделать это было и впрямь несложно — от парня исходили волны знакомого пренебрежения и сладкого ожидания. Ролан отчаянно желал получить одобрение от таких же раздолбаев, что и он сам. Все они хотели насладиться унижением другого человека, и в очередной раз этим “другим человеком” должен стать Герман. Верхняя губа снисходительно дрогнула. — Слышал, от тебя очередной сосед сбежал? Ну-ка, Вуди, расскажи нам! — Ролан, высокий и угловатый, с короткими, торчащими ежиком волосами, цвет которых было невозможно даже угадать из-за их длины, за плечо притянул к себе парня по имени Вуди. Тот сжался, затравлено покосился на собравшихся в парке первокурсников и запустил пальцы в белокурые кудряшки, делавшие его похожим на переросшего купидона. — Он! Он ужасен! — проблеял Вуди, закатывая глаза. Герман раздраженно потер пальцем висок — от однокурсников за версту несло театральщиной. — Ночью я не мог уснуть, все время казалось, будто он следит за мной! Его тяжелая тень нависала над моей кроватью. Он читает мои мысли, выворачивает меня наизнанку! Вуди отшатнулся назад, прижимая к круглощекому лицу бледную пухлую ладонь. Кто-то с сочувствием вздохнул, остальные негодующе загудели и затопали ногами. Герман обреченно выдохнул, закинул ногу на ногу и снова открыл книгу. Позади приятно холодил спину небольшой фонтанчик, на мраморном парапете которого он любил сидеть после занятий. Приветливый климат Визании позволял большую часть года наслаждаться теплыми вечерами и ласковым светом одного из пяти сменяющих друг друга солнц. И только толпа курсантов, пока еще нескладных, а оттого нелепых, мешала углубиться в изучение очередного параграфа межмировой истории. |