Книга Семь рыцарей для принцессы, страница 149 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Можешь бегать, сколько угодно, — Дженаро плавно приблизился, словно кошка, и сделал новый выпад. Герман снова увернулся, только нога увязла в иле, и он уселся прямо в горячую лужу. Одежда и обувь тут же пропиталась влагой, волосы, и без того вьющиеся, мокрыми кольцами прилипли ко лбу и шее. Дженаро победоносно улыбнулся. — Если бы ты не совал нос не в свое дело, остался бы жив.

— Чем вам помешал Альберт? — Герман пытался выиграть время. Гаспар уже предвкушал победу.

— Сейчас тебя должно волновать не это, щенок!

Снова просвистело лезвие и наполовину ушло в ил, Дженаро едва удержался на ногах. Герман успел перекатиться в сторону и хлебнул горячей воды с песком. Воспользовавшись замешательством, вскочил на ноги и забрался на твердую почву. Ботинки противно чавкали, рубашка облепляла грудь, все это мешало двигаться. И все же он не желал вступать в бой, пока оставался малейший шанс обойтись без кровопролития.

Дженаро навис сверху, перед глазами мелькнуло острие шпаги. И тогда ему пришлось прибегнуть к подарку Дзюн. Она была как всегда проницательная, и за день до бала протянула Герману одну вещь, пользоваться которой ему бы очень не хотелось, но иногда жизнь не оставляет выбора.

Герман перекатится в сторону и, выхватив из крепежа под пиджаком короткий узкий кинжал, поднырнул под руку Дженаро и вонзил клинок ему в стопу. Мужчина вскрикнул, выругался, и этой заминки Герману хватило, чтобы отскочить подальше и выставить перед собой свое скромное оружие.

— Вы работаете на КРАС?

— Зачем тебе знать? — Дженаро справился с болью, но пока не спешил переходить в наступление. Он устал и был загнан в угол. Он сам понимал, что пути назад нет, а впереди его никто не ждал. Герман пытался понять его мысли, но мог лишь ощущать чувства, из которых наугад строил предположения. И в этом его главная сила.

— Вы не должны были оказаться здесь. Так ведь? Вас обманули? Бросили в умирающем мире.

Герман жадно следил за реакцией и видел, что его слова попадают в цель и рождают в Дженаро зерна сомнений.

— Они хотели от вас избавиться, — безошибочно угадал Герман тайный страх учителя.

— Это не так!

— Отсюда нет выхода. Телепорт ведь работал только в одну сторону? Это они вам дали? Вы понимаете, что вас списали со счетов?

Он говорил, а сам подпускал в голос внушения, понемногу, чтобы слова казались учителю убедительными. Ведь он сам верил в это, Герман лишь помогал ему осознать истину. Дженаро был растерян, рука со шпагой чуть подрагивала. Еще немного усилия, и он сдастся. Оружие Германа — не магия, не артефакт и не кинжал. Менталисты могут управлять людьми, нужно только очень захотеть.

— Они обещали, что все пройдет хорошо, — неуверенно пробормотал Гаспар. — Нужно было только убедиться, что Альберт мертв. Но он выжил. Я не понимаю. Я не виноват, это не моя вина.

Он почти сдался, Герман внутренне ликовал. Все обойдется без крови, он сможет.

Это его и подвело.

Герман расслабился и не заметил, что Стефания подняла шпагу Альберта и подходила к Дженаро со спины. На лице девушки была написана отчаянная решимость. Герман увидел ее, и его собственная решимость дрогнула. Стефания смотрела прямо перед собой и сжимала рукоять обеими руками, как меч. Она собиралась убить Дженаро, и эта слепая жажда убийства напугала Германа. Он не мог отвлечься, чтобы остановить ее, он должен продолжать говорить с Гаспаром, но голова наполнилась шумом. С непривычки Герман слишком переутомился. Чуть дальше лежал на камнях Альберт, он не двигался, но Герман чувствовал, что тот жив, скорее всего, потерял сознание. Воля Германа рассеялась между ними тремя, и непрочная нить, связывающая его с Дженаро, прервалась.