Книга Семь рыцарей для принцессы, страница 100 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Вблизи девица оказалась парнем, но таким худеньким, стройным и смазливым, что легко сходил за девчонку. На фоне смуглой кожи голубые глаза блестели как драгоценные камни. Смерив Стефанию безразличным взглядом, будто ее даже не заметив, Фо тронул друга за рукав:

— Идем, Зигги.

Зигфрид положил свою ладонь поверх его и тепло улыбнулся:

— Конечно, Фо, идем. Удачи, Стефания. Надеюсь, еще увидимся.

Она проводила глазами странную пару и едва не заскрипела зубами от бессилия. Почему все парни, которые ей тут встречались, считают ее обычной дурочкой? С ними со всеми что-то не так. Сейчас она даже Герману была готова простить его самоуверенность и привычку умничать к месту и не к месту, он хотя бы не пытался быть снисходительным. Стефания вытянула руку, сжала кулак:

— Я буду сильной. Вы еще увидите… Вы еще меня узнаете.

За ужином Ситри не задала ни одного вопроса, просто поставила перед хозяйкой поднос с едой и села рядом. За столиком умещалось шестеро, и напротив тут же шмякнулись Берт и Рене. Два места оставались свободными — Герман все еще не вернулся.

— Капуста? Опять капуста?! — Рене поворошил вилкой утопающее в масле крошево и уныло выдохнул. — За что? Мы в чем-то провинились?

— Хочешь мою котлетку? — Берт с готовностью пододвинул ему тарелку. — А мне отдай помидорку.

Когда бартер состоялся, оба парня довольно заработали челюстями, и за столом на какое-то время стало тихо. Стефания подперла щеку кулаком и прикрыла глаза. Есть не хотелось: ни котлету, ни капусту, ни помидоры.

— Интересно, когда нас начнут учить плетению магических формул? — Берт расправился с последним помидором и присосался к стакану с компотом. Даже Рене отвлекся, чтобы понаблюдать, как стремительно жидкость исчезает в бездонном желудке юноши. — Ум-ням… Вкусняшка. Рене, у тебя еще осталось попить? А у тебя, Фанни?

Стефания молча придвинула к нему свой стакан, чисто из жалости, и Альберт припал к нему, будто сутки не пил.

— Поскорее бы, — Рене с тоской проводил взглядом девушку с полным подносом. — Я даже не знаю, какой я Стихии. Наверное, Огонь. Хоть бы Огонь.

Стефания вспомнила стену из пламени и поежилась.

— Силенок не хватит, — буркнула она.

— Ой, а у тебя хватит, принцесса-воительница, — рыжий показал ей язык и отвернулся. Очень вовремя, потому что Стефания вздрогнула всем телом. Ситри положила ей ладонь на плечо.

— Да уж хватит! — Стефания гордо вскинула голову. — А ты даже за меч не всегда с правильного конца берешься.

— Хочешь шутку по этому поводу?

— Не хочу!

— А зря, очень смешная была. Вернулся как-то муж из…

Альберт украдкой вытер губы торчащим из-под кителя рукавом кофты и слишком громко поставил пустой стакан на стол:

— Ситри, ты будешь допивать?

Стефания собралась одернуть надоедливого блондина, но в столовой почему-то стало тихо. Подозрительно тихо.

Ситри нахмурилась, Рене прицокнул языком, Берт сдавленно ойкнул. Стефания резво поднялась со стула и почти выкрикнула:

— Ролан! Но… откуда?

Праздник первого урожая уже прошел.

В пряном горячем воздухе плыли ароматы скошенной травы, дыма и нагретой солнцем свежевскопанной земли. Чуткое ухо вылавливало из подзабытого шума природы — стрекотания кузнечиков, жужжания пчел, шелеста травы и деревьев — отдаленные голоса из деревни. Кто-то пел, собирая с поля остатки урожая, наверняка, на мостках узкой речушки женщины полоскали белье и сплетничали, что молодые, что старые. Темы всегда одни и те же, да и откуда тут взяться новым.