Книга Джулиус и Фелтон, страница 84 – Мария Дубинина

— Так вели ему уйти.

— Рейчел! – Я был поражен. – Как можно? У человека такое горе, к тому же он всегда мне помогал и даже завещал свое дело.

— Однако мы не знаем, когда старик умрет. Сколько еще придется ждать?

Я был ошарашен. Это не могла быть она. Моя невеста никогда бы не сказала столь жестоких слов!

— Я не понимаю тебя. Как можно так рассуждать?

Девушка прижалась к моему плечу и вздохнула:

— Ах, Джулиус… Извини, просто никак не могу дождаться нашей свадьбы. Я так люблю тебя, Джулиус.

Мое сердце едва не остановилось от счастья, будто только что не сжималось от страха.

— И я. Я тоже очень тебя люблю.

В саду пахло сиренью и жасмином, уютно стрекотали сверчки в густой траве. Неприятный разговор давно забылся, мы наслаждались друг другом и тишиной, окутывавшей нас точно коконом, где мы оба чувствовали наше необыкновенное единство, словно были одним существом, разделенным на две половинки, которые наконец-то соединились, чтобы не разлучаться никогда.

* * *

Любому известна простая и вместе с тем печальная истина: если сегодня все хорошо, скоро жди беды. Легко не замечать очевидного, когда купаешься в любви и свете, в то время как горизонт давно заволокли грозовые тучи. Я ничего не замечал. Я старался ничего не замечать и даже сумел убедить себя, что ничего особенного не происходит. Без четверти четыре утра накануне нашего с Рейчел венчания меня разбудил стук. Больше минуты потребовалось, чтобы собраться с мыслями и понять, чего от меня хочет мрачный голос по ту сторону двери.

— Мистер Элридж, простите за столь ранний визит, но дело не терпит.

На пороге оказался старший детектив Гаррисон в сопровождении молодого светловолосого констебля, кажется, того самого Сэма. Детектив выглядел до смерти усталым, даже хуже, чем когда мы виделись в последний раз.

— Я понимаю, слишком рано…

— Даже не рассвело, – раздраженно перебил я.

— Но вы просили непременно предупредить, если появится какая-нибудь зацепка. Вас это все еще интересует?

— О боже! Конечно же, да!

— В таком случае собирайтесь, едем в участок. Мне сообщили, что нашли Гвен Макдоннел.

Я больше ничего не спрашивал. Стараясь шуметь как можно меньше, щадя беспокойный сон старого Макдоннела, я оделся и вместе с полицейскими покинул погруженный в темноту дом.

Уже знакомый мне дежурный за конторкой вытянулся в струнку при виде начальства. Гаррисон – надо бы узнать его имя – рухнул в свое кресло, сразу же раскурил сигару и с наслаждением выдохнул ядовитый, отвратительно горький дым. Набитая окурками пепельница сиротливо возвышалась посреди стола.

— Присядете, мистер Элридж?

— Джулиус, с вашего позволения. Я постою.

— Редкое имя дали вам родители.

— Пожалуйста, ближе к делу. – Я не был намерен вести светскую беседу. – Мне надо увидеть Гвен.

Детектив вдруг закашлялся, подавившись сигаретным дымом, и кашель этот странным образом смешался со смехом. Жутким, совсем не веселым смехом. Я почувствовал волну ледяного озноба.

— Ну, я бы на вашем месте так сильно не спешил на встречу.

Мы дождались констебля, принесшего толстую папку с делом, и вслед за Гаррисоном я вышел в коридор и спустился по служебной лестнице вниз, во двор, туда, где в предрассветной хмари на каменном строении виднелась вывеска «Морг».

— Вы же не хотите сказать…