Книга Джулиус и Фелтон, страница 43 – Мария Дубинина

Я вспомнил слова компаньона о том, что нельзя оживить тело, можно лишь поднять его из могилы. Даже сквозь температурный жар я почувствовал холодок страха.

— Капитан Джеймс осквернил много могил, – вступил в обсуждение инспектор, – однако никто в городе еще не видел этих зомби. Он их где-то прятал?

— Нечего было прятать. Созданные им существа – не люди, просто тела – пребывали в подобии жизни не более пары часов. «Прах к праху»^[8].

— Поэтому он просил у тебя помощи, – припомнил я. – Ты правда мог помочь?

— Мог бы, я изрядно поколесил по миру, Филипп, и многому научился, в том числе тому, чему лучше не учиться.

Когда Гаррисон ушел, я задал вопрос, очень меня волновавший:

— Что будет с Джеймсом?

— Вероятнее всего, его ждет психиатрическая лечебница. Он никого не убил и ничего, почти ничего, не украл, а в английских законах, насколько я знаю, нет указаний по поводу заклинания мертвых.

Я заметил, что Джулиус постоянно посматривает на часы. Точно! Сегодня же пятница, единственный день в неделю, когда он уходит по своим личным делам и следующим утром выглядит так, словно не спал всю ночь.

— Иди, я переночую здесь, не хочу идти пешком, – подбодрил я его. – Увидимся завтра.

Джулиус подошел к вешалке, взялся за пальто и тут же отпустил:

— Пожалуй, я останусь.

И слепому видно, как он боролся с собой.

— Иди давай.

Однако Олдридж уже вернулся. Я услышал звон посуды и шипение чайника в подсобке.

— Где джем, что нам приносила мисс Финч?

Я ответил.

Через несколько минут передо мной стояли поднос с горячим чаем и вазочка с вишневым джемом.

— Ты мог уйти.

— Но не ушел, – Джулиус пододвинул чашку ко мне и улыбнулся. – Кто-то ведь должен о тебе позаботиться… друг.

Чай был горячим, джем – сладким, а слова – неожиданными. И мне понравилось.

— Твое здоровье.

— Твое здоровье.

Рано или поздно это должно было случиться. Достаточно времени прошло, чтобы подготовиться и смириться. Ну или хотя бы сделать вид. Я же не смог ни того, ни дру- гого.

Звонок раздался субботним утром. Накануне я вернулся домой рано, проводив Джулиуса на его еженедельные пятничные «загулы». По сути, один тот факт, что я не пошел за ним следом и не удовлетворил свое любопытство, был весьма тревожным знаком.

— Что-то случилось, Филипп?

Джулиус медленно и тщательно щелкал клавишами новенького «Ундервуда», набирая отчет о последнем деле. Идея создания архива принадлежала мне – стоило определенных усилий убедить коллегу в его необходимости. И вот раздражающий стук печатной машинки буквально врезался мне в мозг. Хотелось швырнуть в невозмутимого, как Биг-Бен, Джулиуса газетой или чайной чашкой, только чтобы действующий на нервы звук наконец-то прекратился.

— Так что-то случилось или нет? Выглядишь неважно.

Он не отрывал взгляда от ровных печатных строчек и тем не менее удивительным образом угадывал мое настроение. Сегодня эта привычная прозорливость ужасно злила.

— Нет. С чего ты взял? – немного резче, чем хотел, бросил я, прежде чем сформулировал в голове подходящий ответ.

Щелканье на миг прекратилось, меня точно обдало холодом. Будто мои мысли были как на ладони, и каждый мог их прочитать, подобно Джулиусу. Боже, неужели я настолько предсказуем и прост? Неужели все смотрят на меня, словно я продолжение Джулиуса, его говорящий питомец? Сделалось не по себе.