Книга Попаданкам закон не писан!, страница 101 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Какой гипс? – не понял Вилмар. – У нас есть доверенный человек у лекарей, его уже посвятили в детали. Он срастил ногу, и у тебя неделя на восстановление.

— Неделя?

— Неделя, – подтвердил Вилмар.

Я растерянно замолчала. Итак, я сломала ногу, надо мной пошаманил местный целитель, косточки срослись, и через неделю я смогу снова бегать и скакать по лесенкам.

— Магия, да? – уточнила я на всякий случай.

— Она самая.

Мы снова замолчали.

— А обедать я как буду ходить?

— Тебе принесут в комнату.

— Три раза в день?

— Да.

— Ты?

— Я.

— Ну ладно, уговорил, – сдалась я и даже сложила руки на одеяле, изображая покорность. – А Тимо ко мне пустят? И Томаса с Мареком? И Тильду?

— Тимо тоже не должен знать правды. – Вилмар нахмурился, но я спорить не стала. Обида за утреннюю отповедь еще никуда не делась, а он, если отвлечься от мысли, что мой друг, еще и сын деканши. А там и до Совета недалеко.

— Я поняла. Сломала ногу, лежу отдыхаю.

Вилмар с сомнением на меня покосился.

— Ты точно меня поняла?

— Я что, похожа на дуру? – всерьез обиделась я.

— Извини, – сказал он и накрыл мою ладонь своей. – Просто иногда создается впечатление, что ты нарочно все делаешь не так, как тебе велят.

Даже реши я поспорить, не смогла бы, но все равно обиделась.

— Откровенность за откровенность, – я посмотрела ему в глаза. – Я терпеть не могу, когда мне что-то велят. От одного этого слова в дрожь бросает.

— Ты просто еще совсем маленькая, – улыбнулся Вилмар и второй рукой потрепал меня по волосам, совсем как ребенка. – Потом поймешь, что не всегда стоит рваться наперекор всем и вся. Порой стоит пропустить вперед тех, кто сильнее.

У меня дыхание перехватило, и совсем даже не от восхищения.

Значит, вот она, причина его хладнокровного спокойствия. Я для него еще просто слишком маленькая.

Я выпрямилась, схватила его за воротник и, подтянувшись, решительно поцеловала. Уже не случайно, не под влиянием полной луны, ночного воздуха и прочей ерунды. Я не маленькая! Пусть уяснит это раз и навсегда!

Целоваться я умела, и Вилмар не мог этого не заметить. Когда я его отпустила, на его лице читалась полная, ошеломляющая растерянность. Впору было даже пожалеть бедняжку. Но жалость в мои планы не входила.

— Что это за акция протеста? – наконец отмер он, и на меня как ведро воды вылили. – Мы говорили о серьезности, а ты только подтверждаешь, что ничего не поняла.

Ах он… Какой же…

У меня просто нет слов.

Вилмар поднялся, поправил воротник и сухо сказал:

— Придерживайся легенды и будь, пожалуйста, благоразумна. Не хотелось бы после всех этих дней отдать тебя на растерзание Совету магов.

Я швырнула ему вслед влажное полотенце, но попала в перегородку, за которой успел скрыться Вилмар. Благоразумна? Это ему нужно быть благоразумным, называя маленькой девушку, которая в него… Ну, допустим, влюблена. Ладно. Может, немножечко.

Первые минут десять я просто злилась, лежа в постели, потом снова закружилась голова, и пыл пришлось поумерить. А то опять затошнит, а вылезать из-под одеяла как-то совсем не хотелось, к тому же ноги не слушались, особенно почему-то «сломанная».

Я сама не заметила, как заснула – просто уплыла куда-то, а вернулась в реальность, когда дверь скрипнула. Подумала сперва, что это Вилмар, но оказалось, что он уже приходил и успел уйти – на столе обнаружился поднос с ужином.