Книга Серебряный змей в корнях сосны 2, страница 48 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Все острее не хватало Кенты. Он был тем мостиком между Хизаши и человеческим миром, тем, кто, будучи обманутым раз за разом, продолжал хранить незамутненную веру – в людей и ёкаев.

Когда они снова встретятся, что Хизаши ему скажет первым делом?

— Мацумото? – Учида обернулся недовольно цыкнул. – Ты уже никуда не спешишь?

Пришлось догонять, и когда Хизаши поравнялся с товарищами, Арата улыбнулся и сказал:

— Я тоже думаю, что Кента-кун дал бы нам знак, если бы был… если бы еще сохранял сознание. Эта твоя история про коробку проклятия… Мне тоже кажется, что Кента оставил ее на виду специально, чтобы что-то нам показать, навести на какую-то мысль. А это значит, он ждет спасения. Ждет нас.

Взгляд Сасаки лучился мягким уютным теплом, которое прежде казалось Хизаши проявлением слабого характера. Впрочем, стоит ли поминать прошлое? В нем Хизаши уже наделал слишком много ошибок. Ведь даже обезьяны падают с деревьев^[30].

— Спасибо, – поблагодарил он, и, оказалось, этого достаточно.

После полудня погода наладилась, и из-за плотной пелены серых облаков наконец просочились проблески солнечного света. Это тусклое время между зимними ветрами и весенним благоуханием цветущей вишни ощущалось особенно тягостным, и в этом была своеобразная насмешка богов, ведь именно сейчас в короткой человеческой жизни Мацумото Хизаши наступило самое скверное и самое темное время. Но вот выглянуло солнце, и на миг даже почудилось, что это тоже знак, и они встали на верный путь, и вот-вот… Хизаши грустно улыбнулся и не стал доводить мысль до конца от греха подальше.

Однажды их обогнала повозка, которую тянули сразу две породистые лошади, занавеска в окошке колыхнулась, на миг открывая вид на женское лицо, и Юдай торопливо отвернулся, боясь быть узнанным, ведь, в отличие от своих спутников, он жил в столице и происходил из довольно зажиточного рода. Хизаши с завистью проводил покачивающуюся повозку взглядом, ему бы тоже хотелось сидеть на мягких подушках, пока его везут куда надо. Увы, им предстояло пройти еще очень и очень много ри, если не удастся разжиться лошадьми.

И все же станцию, где обогнавшая их аристократка меняла уставших лошадей, пришлось обойти стороной, зато Сасаки, самый неприметный из них, узнал от слуг путешествующей госпожи, что по пути скоро должна встретиться идзакая у дороги. Хизаши поморщился, вспомнив, как уже однажды заглянул в подобное местечко и еле унес ноги. Как ни странно, лицо Юдая выражало схожие чувства – он тоже там был и тоже ничего не успел забыть.

— Доберемся до идзакаи и отдохнем, – все же постановил он. – Еда сегодня закончится, и у нас нет выбора, кроме как пополнить запасы.

— Можно ненавязчиво вызнать, не проезжали ли мимо гадатели, – сказал Арата. – Если да, то мы держимся верного курса.

На том и остановились. Движение не давало почувствовать холод, но ближе к вечеру вспотевшее тело неприятно обдувало. Хизаши уже готов был начать проклинать все на свете, как впереди показалось скромное здание питейной. Возле стояла повозка неизвестной госпожи, и сама она, похоже, оставалась внутри, пока слуги договаривались о еде и воде. На этот раз Учида, опустив голову, быстро прошел мимо зашторенного окошка. Сасаки взял на себя общение с владельцем идзакаи, пока Юдай и Хизаши стояли в тени снаружи.