Книга Серебряный змей в корнях сосны 1, страница 62 – Мария Дубинина, Сора Наумова

Надо было всего лишь посмотреть, убедиться, но…

Но Хизаши не мог.

Это было нелепое чувство, иррациональное. Слишком человеческое и оттого слабое – глупое. Хизаши понимал, что если перед ним тело Куматани, то это вызовет у него разочарование и только. Должно. Однако вопреки всему он не торопился это проверять.

Голодная наглая чайка подобралась ближе, к ней уже присоединились подруги, готовые в любое мгновение начать свой кровавый пир. Белая рука светилась в сгущающемся мраке перламутровым жемчугом. Она могла принадлежать кому угодно, но…

— Хизаши-кун? На что ты смотришь?

Волна жара пронеслась по телу и упала в желудок обжигающим комом. Хизаши обернулся, попутно надевая на лицо привычную маску ироничного равнодушия, и с ней встретил взгляд Кенты, направленный сквозь него – на окоченевшую кисть в задравшемся рукаве простого кимоно.

— Кто это?

«Я думал, это ты», – едва не сказал Хизаши, вовремя прикусив язык.

— Какой-нибудь матрос. Забудь о нем. У нас достаточно других забот.

— Нет! – воскликнул Кента. – Мы не можем оставить его на корм птицам! Давай, помоги мне его похоронить.

Он сам стащил тело с камней, куда его забросило волной, и уложил на песок. Лицо человека было разбито в кровь, но широко распахнутые остекленевшие глаза еще хранили выражение смертельного ужаса. Хизаши даже почудилось, что в них он видит отражение белой маски с красными узорами.

— Помоги же мне, – попросил Кента и смахнул со лба прилипшие мокрые волосы. Выглядел он едва ли лучше самого трупа, бледный, с кровоподтеками на лице, но полный решимости все сделать правильно. Хизаши нехотя приблизился и взял камень.

Они закончили, когда солнце полностью скрылось в воде, и Куматани произнес слова прощания над кривым курганом в полной темноте.

— Теперь ты доволен?

— Здесь нельзя быть довольным, Хизаши-кун. Человек мертв. Возможно… Нет, наверняка они все мертвы.

— Кроме нас.

— Кроме нас, – кивнул Куматани. – Но благословение ли это?

Они одновременно молча оглянулись на бескрайний океан, за которым, где-то очень далеко, осталась школа Дзисин. А между ними – полная непознанных опасностей черная холодная бездна.

Хизаши прикрыл глаза, а потом повернулся к скалам и, задрав голову, всмотрелся в их изрубленные очертания.

— Нужно найти место для ночлега, – сказал он. – И нам нужен огонь.

— У меня должны были остаться огненные талисманы, – кивнул Кента. – Стоит ли нам разделиться?

Он спрашивал его мнения, и Хизаши ощутил, как к нему возвращается уверенность.

— Нет, иначе мы рискуем не найти друг друга в темноте, или, еще хуже, разбиться по неосторожности. К тому же здесь могут водиться ёкаи или мелкие демоны.

— Они не обязательно нападут на нас.

— Не будь дураком. Идем.

Хизаши оставил Кенту за спиной, а сам украдкой использовал возможности правого глаза, чтобы увидеть скрытую сторону острова. Едва он сделал это, как идти стало совершенно невозможно. Хизаши остановился, и его ноги тут же попали в плен скользких щупалец, растущих из голой земли подобно волосам на голове. Их назойливые прикосновения вызывали омерзение, словно по коже водили холодным влажным угрем.

— В чем дело?

Хизаши опустил лицо, и сырая челка скрыла от него отвратительную картину.

— Здесь тропа. Иди за мной и не упади. Я не собираюсь тащить тебя на спине как ребенка.