Книга Серебряный змей в корнях сосны 1, страница 35 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Забери ребенка и уходи, – шепнул Кента. Что-то шевелящееся и теплое сунули ему в руки. – Уходи!

Хохот пронесся под крышей, и свечи замерцали синим огнем.

— Он обещал исполнить мои желания, – тихо начала женщина, и ее покачивающаяся на носочках фигура мало напоминала живого человека. – Дал знания и силы, чтобы наказать их всех. Я… разве я не имела на это право?

Она едва касалась пола, и Хизаши четко видел черные нити дыма, обвивающие ее худое тело.

— Кому ты мстишь? – спросил Учида.

— Тем, кто убил моего отца. Тем, кто лишил меня чести. Тем, кто забрал мою жизнь и предал огню молодость.

— Это кто-то из Суцумэ? – спросил Кента.

— Это вся Суцумэ. Каждый в деревне должен умереть!

Зло снова набирало силы, но ему все еще нужна была жертва.

Хизаши попятился к выходу.

— Ты пыталась призвать в мир демона из глубин Ёми. – Учида направил на нее острие копья. – Ты превратила своего отца в бакэмоно и натравила на людей, виновны они или безвинны. По законам школы оммёдо Фусин ты достойна равнозначного наказания. Ты станешь пищей для зла, с которым связалась.

— Нет!

Кента встал между ним и одержимой женщиной и раскинул руки.

— Немедленно уйди.

— Ты не можешь сам вершить суд! – воскликнул Кента. – Мы должны уничтожать нечисть, не людей!

— Разве она человек? Взгляни же. Она насквозь пропитана негативной энергией. По законам Фусин, я имею право воздать виновному за содеянное в равной степени.

— То есть ты дашь демону поглотить ее душу?

— Это будет справедливо.

— Мы не в Фусин. – Кента обеими руками крепче сжал рукоять Имы. – Я не дам тебе убить человека.

Хизаши стоял уже возле самого выхода, но не уходил из любопытства. Куматани впервые столкнулся с философией школы Фусин лично, и это было интересно. Однако они тратили время, а дело еще не было завершено.

— В последний раз прошу, уйди с дороги, Куматани Кента.

— И не подумаю.

Женщина громко расхохоталась, ее смех расщепился на десятки других голосов, и Хизаши понял, что момент упущен. Они проиграли.

И тут двери за его спиной раскрылись, и вместе с сумрачным светом в храм ворвался человек.

— Ацуко! Ацуко, остановись, они убьют тебя!

Деревенский глава Ито упал на колени и заплакал. За его спиной стоял Мадока, а Сасаки уже был рядом с Хизаши и осторожно забирал у него сверток с младенцем.

— Ацуко! Мы больше не можем это продолжать!..

Появление старосты нарушило контроль демонической силы, и в глазах Ацуко появилось понимание. Она обвела взглядом пустой зал с разрушенным алтарем и разбитой табличкой с именем ками, и розовые шрамы на ее лице уродливо сморщились.

— Аааа! – протяжно закричала Ацуко. – Я не хочу! Я не хочу!

Щупальца черного дыма сомкнули кольца вокруг нее, и женщина зашлась воплем боли. Страх был почти осязаем, он стягивал кожу застывшим воском и забивал горло. Хизаши толкнул Сасаки к выходу, а Мадока выставил перед собой длинный меч, готовый к сражению.

Однако никому больше не пришлось пускать в ход оружие и магию. Ацуко завыла, а потом выхватила простой охотничий нож и вонзила себе в живот. Стены святилища сотряслись, и вместе с кровью, покидающей женское тело, слабела и сила демона. Он не получил ту жертву, что была ему обещана, вместо этого смерть призывающей навсегда закрыла для него эту дверь в смертный мир.