Книга Игры кошачьей богини, страница 84 – Ирина Фельдман

— Бенджамин, – трагично начал мистер Хант и замолчал. Видимо, для усиления эффекта.

Откликнуться, что ли?

— Я здесь.

Старик повернулся к портрету, словно нашёл собеседника получше.

— Прошло без малого десять дней, а твоя память всё ещё не восстановилась.

— Так я же что-то вспоминаю…

— Нет, – мистер Хант отрицательно мотнул головой, даже не посмотрев в мою сторону. – То, что ты якобы вспоминаешь, – полная чушь. Истории о том, как ты в восемь лет собирал камешки на берегу моря, ничем не помогут тебе в жизни.

— Не всё сразу. Сначала вспомню детство, потом…

— Молчать.

Ненавижу, когда мне рот затыкают. Если он будет ещё и орать, моих нервов может не хватить, я и так их в последнее время потратила в огромном количестве.

Мистер Хант невозмутимо отпил из стакана. Пожевал губами.

— Как бы мне ни было горько, ты можешь навсегда остаться ущербным. Придётся тогда либо всерьёз заняться Джоном, либо подождать и посмотреть, на что способен Фредерик.

Я стояла и просто офигевала от его цинизма. Как можно было назвать своего родного сына ущербным?!

— Ты уедешь к Рейчел.

— Кто это?

— Ты даже твою тётку не помнишь. Рейчел Уэскотт – моя сестра. Вдова. Живёт за городом. Место, вполне подходящее для тебя. Не больница, пребывание в которой запятнает позором репутацию семьи. Там никто не будет видеть твоих сумасбродств, и ты будешь вдалеке от тлетворного влияния матери: у этой женщины давно ракушки с нитками в голове вместо мозгов. Кроме того, к тебе будут приезжать врачи и учителя. Ты должен заново научиться быть джентльменом.

— Нет.

Мистер Хант наконец-то повернулся ко мне всем корпусом.

— Что? – глухо спросил он, хотя и так было ясно, что всё ему было понятно с первого раза.

От напряжения у меня перехватило дыхание.

Нечего его бояться. Не потащит же он меня силком в загородный домик Рейчел Уэскотт.

— Я сказал, что никуда не поеду.

— Варя! – раздался у меня в голове голос Бена. – Соглашайся с ним. Соглашайся!

Вот ещё! Как же я буду в глуши искать путь домой?

— Нет, – сказала я вслух.

Мистер Хант как будто нарочно медленно поставил стакан на стол.

— Ты не можешь принимать решения. Ты болен.

— Мне там станет только хуже.

— От чего? От свежего воздуха и занятий с учителями? Или тебе нравится быть бесполезным олухом, как Джон? Знай, я столько нахлебников не потяну.

— Ты… Ты просто делаешь как тебе удобно! Тебе плевать на сына. Ты пытался узнать, что с ним случилось? Что он чувствует?

Пришлось замолчать, потому что Бен из последних сил надрывался, чтобы меня утихомирить. Трудно говорить, когда кто-то шумит в твоей голове.

Взгляд старика стал по-настоящему страшным.

— Попридержи язык, щенок! Ты не мой сын! Мой Бенджамин был послушным и умным молодым человеком. А ты – полоумный дикарь! Я столько в него вложил, разве я достоин этого?! Ты живёшь в моём доме, тратишь мои деньги, так изволь проявить хоть какое-то подобие благодарности.

— Спасибо! – я отвесила издевательский поклон и ушла.

Заперлась в комнате Бена и по завету диснеевских принцесс без сил рухнула на кровать.

Достало. Всё достало!

— Ты поступаешь неразумно, – опять дал о себе знать Бен. – Утром обязательно извинишься и скажешь, что сделаешь всё, как он велит.

Я чуть в подушку не вгрызлась от злости.

— И ты туда же? Ты что, не понял, что он хочет от тебя избавиться? Раньше ты как бы был любимым сыном, а теперь ты чмо бракованное. Нравится?