Книга Сто жизней Сузуки Хаято 2, страница 53 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Фудзимикё… – пробормотал Хаято. – Что значит это название?

— Неважно.

— Это какая-то секта, да?

— Неважно! – громче повторил Ишинори. – Не вынуждай меня пожалеть о своей откровенности.

— Ах, пожалеть?! – Хаято развернулся к нему, волнуя воду. – Я столько… столько времени знал тебя и не знал одновременно. Ты настоял на ритуале слияния душ, но просто поговорить со мной в голову не приходило? Я бы принял что угодно, даже то, что ты хладнокровный убийца!

Ишинори сжался под градом жестоких слов, казалось, еще немного, и расплачется. Но Ишинори – это Ишинори, и вместо слез и оправданий он вскинул подбородок и заявил:

— Если бы у нас был шанс прожить эту жизнь заново, я бы не изменил ничего. Я защищал вас так, как мог. Ты не вправе осуждать меня за это.

— Не вправе… – Хаято опустился обратно в воду и взъерошил волосы. – А что изменилось сейчас? С чего ты решил мне все это рассказать?

Ишинори долго молчал, и Хаято почувствовал, как перегревается. Надо было выбираться из бассейна, но любое движение могло все испортить. Он ждал, и его ожидание было вознаграждено, пусть он и надеялся на более развернутый ответ.

— Наверное, пришла пора, – пожал плечами Ишинори. – Возможно, я получил некий знак, на который не могу закрыть глаза.

— Знак? – не понял Хаято.

— Ты не поймешь, – мотнул головой Ишинори и поморщился. – Что-то мне нехорошо.

Хаято мигом оставил допрос и помог выбраться из горячей воды и усадил на скамеечку. Сумрак и пар не позволяли увидеть больше, чем Ишинори и сам ему недавно показал, а пялиться во все глаза было неловко. Хаято пока даже не мог определиться, считать ли сегодняшнюю беседу шагом вперед, к истине, либо она еще больше все запутывала. Знал лишь, что не может теперь видеть в Ишинори врага. Вот только кого же он видит перед собой теперь? Какого человека?

— Почему твое заклинание ночью оборвалось? – вдруг спросил он. Вопрос вырвался по наитию и, кажется, попал в цель. Ишинори испуганно распахнул глаза, губы приоткрылись, однако ни слова не прозвучало. – Что с тобой происходит, Иши?

Хаято подошел к нему, опустился на одно колено и приложил ладонь к чужому средоточию ки. Ишинори отреагировал с опозданием – оттолкнул его, но слабо, вполсилы.

— Хватит! – велел он, и румянец на щеках стал ярче. – Так нужен ответ? Будь по-твоему. После ущелья Айсё ки начала подводить меня.

— В каком смысле? – нахмурился Хаято. – То есть ты хочешь сказать, что…

— Что иногда я перестаю ее ощущать, – припечатал Ишинори и поджал губы. Для любого оммёдзи потеря связи с энергией ки сродни смертельной болезни. Ки есть во всем: она струится в воде и воздухе, наполняет землю и пронизывает каждое живое и неживое существо, но лишь особенные люди могут использовать ее для творения чудес. Познавший возможности оммёдо без него обречен на жалкое существование. Если же ки не просто перестала отзываться, а меридианы в теле человека повреждены или закупорены, то в таком случае животворящая энергия способна обратиться ядом.

Учитель рассказывал об этом, но именно сейчас Хаято в полной мере прочувствовал ужас его слов.

— Нет. – Хаято не хотел верить. – Это наверняка просто усталость. Надо поскорее вернуться на гору и как следует отдохнуть. И вкусно покушать. Это точно должно помочь тебе восстановиться.