Книга Исетская Академия. Дневники мертвеца, страница 92 – Анна Левин

Но после своего обращения в нежить я долго думала, как Мара смогла поменять облик, мне вот, например, не удавалось несмотря на все усилия. Да и позже, все найденные мною твари клялись во время пыток, что никогда не слышали о способности мертвецов примерять чужую внешность. Я им не верила, искала дальше, захватывала больше врагов, но никто не выдал тайны.

А вся шутка в том, что тайны никакой и не было! Не было мертвецов, способных обратиться другим человеком. Вернувшись на родину, я долго ходила расспрашивала, осталось мало тех, кто помнил, но чудом удалось найти старуху, прислуживавшую девчонкой у нас. Залегла, оказывается, моя мать внезапно, и внезапно померла, за два дня угасла. Возродившись Марой.»

21 марта 1831 года по Арагонскому календарю

— Вот ты где, — недружелюбно поприветствовала оборотня Мара. — У нас срочный совет, пойдем.

Герцог последовал за мертвой матерью, догадываясь, что дело касается событий в Академии. Их информатор передавал, что происходит что-то странное, и обещал немедленно прислать вести, когда разузнает подробности.

— Мы получили отчет из Исетской Академии, — грозно произнесла Мара, обводя взглядом избранных соратников. — Выяснилось, что несколько дней назад с Ивана Бунина и Соланж Ганьон были сняты все обвинения, губернатор лично принес им извинения и выплатил компенсацию за несправедливое уголовное преследование, и сейчас оба мага восстановлены в своих прежних должностях.

Мертвецы зароптали, недоумевая, как их могли оправдать.

— О, все просто! В реке нашли тело служанки, от которого я приказала надежно избавиться, сопоставили, что парижанка в это время была под наблюдением ректора Онежского (да и всей Академии), и не могла в таких условиях совершить убийство. А касательно Бунина, дотошные маги выяснили, что записки от его имени были подделкой. И это еще не все, — с нарастающей угрозой произнесла Мара. — Сухтелен принял решение временно усилить безопасность в Академии, направив туда больше стражи.

Повисла звенящая тишина, ибо черноволосая женщина с угловатым телом и паучьими пальцами вызывала ужас даже у мертвецов.

— Я приказала казнить тех, кто плохо спрятал труп служанки. Ну и всех прочих, кто каким-либо образом подвел меня, — с ледяным спокойствием улыбнулась мертвая мать. — Их просчеты теперь вынуждают нас действовать незамедлительно, и обрушить удар жестко, беспощадно, пока они не собрали силы, и не запросили помощи. Раз тайная канцелярия знает о нас — Сухтелен вполне может выпросить подмогу. Нельзя этого допустить, мы слишком долго окучивали Оренбург, чтобы потерять его сейчас.

— Вы хотите атаковать, не дожидаясь поддержки? — спросил один из мертвецов?

— У нас достаточно бойцов, и любое промедление может стать роковым. Когда сюда прибудет наш повелитель, мы преподнесем ему в дар эти земли.

Герман Герцог не возражал, прокручивая в голове собственные планы. Новость о перенесенных Соланж страданиях разозлила его: он с огромным удовольствием убил бы епископа, но тот быстро покинул губернию. Теперь ее имя восстановлено, она снова вернула себе честь и свободу, но находиться в Академии крайне опасно, лучше бы она еще скрывалась.

Однако Мара обещала подарить ему парижанку в качестве награды, и Герман ей напомнил об этом, когда они остались наедине.