Книга Белое море, страница 60 – Анна Левин

Теплую одежду оставила в экипаже, и теперь босыми ногами шла по глубоким сугробам, глядя, как сильный ветер гонит передо мной волны снега. Нижняя рубашка, одеваемая под основной наряд, развевалась, как и волосы, отчего я сама себе казалась фантомом, обманом зрения как в книге о Борегаре. Ветер неистово поднимал с земли снег, устраивая причудливые вихри, отчего вокруг воцарилась белая мгла: протяни руку — и ничего не увидишь.

Но зрение драконицы давало преимущество, и я прекрасно различала при свете ранних звезд мириады кружащихся в танце снежинок, горизонт, размытый вдалеке, и высокие бураны, которые испугали бы кого угодно, но только не меня. Драконы, прибывшие с Южного материка, легче сносили жару и влажность, мы же, северяне — коренные жители Норгратера, — предпочитали холод. Те же Казимировы чувствовали бы себя здесь некомфортно, подобные морозы их ослабляют.

В обществе я прилагала максимум усилий, чтобы не акцентировать внимание на нашем происхождении, ведь драконы уважали древность крови и принадлежность к старой аристократии превыше всего. Даже эти ничтожества Хрусталевы задирали нос, ибо их предки прибыли в Норгратер завоевателями. Интересно, не это ли я желала получить от Матвея: старинную фамилию и благоговение общества? Может, я и не любила его вовсе, только придумала это чувство, чтобы хоть как-то оправдать прозаичность своих желаний?

Однако, чтобы ни происходило в Академии, здесь я снова обрела себя, свою свободу, гордость и спокойствие. Мне нравилась эта ледяная пустыня, это бесконечное поле, покрытое снегами. Я чувствовала свое единство с этой землей, и была рада вернуться даже на короткий срок. И почему Ярогнев с такой радостью покидает север каждый раз, когда предоставляется малейшая возможность? Как можно не любить свой дом? Будь на то моя воля — никогда бы не променяла столицу со всеми ее увеселениями на этот чарующий край!

Глубоко вдохнула чистый морозный воздух, и повернула обратно. Надо продолжать путь, пока отец не послал за мной поисковую группу. Хотя вряд ли он, конечно, сильно обеспокоится опозданием, но лучше не рисковать.

Впереди стояли два деревца, еще тонкие, но стойкие, выдержавшие пару суровых зим, разве что наклонили свои голые кроны друг к другу. Я прошла между ними, через этот импровизированный портал, и сам этот момент таил в себе неясное волшебство. Все казалось, что меня ожидает впереди чудо, что-то радостное, светлое, еще смутное, но обязательно счастливое. Словила пару снежинок языком, рассмеялась собственной глупости, и практически бегом направилась к экипажу.

Это презабавное средство передвижения изрядно навело шума пару лет назад. Инженеры безуспешно пытались продвинуть свое новое изобретение, которое экологи отвергли как угрозу безопасности природе. Да и ревностные ценители традиций (иначе говоря — противники прогресса) высказались против нового вида транспорта. И проблема зимних путешествий никак не могла разрешиться, а ведь она касалась не только смертных (чьи интересы никого и не волновали), но и драконов, особенно пожилых или непривычных к долгим перелетам при плохой погоде.

Тогда группа изобретателей-реалистов предложила усовершенствовать возок, сделав из него современный комфортабельный экипаж на полозьях. Конечно, он не отражал дух эпохи, не был прорывом или сенсацией, зато здорово облегчил жизнь многим и многим, и я с превеликим удовольствием расположилась в просторном экипаже, разглядывая зимний вечер за окном, пока две служанки суетились с моим нарядом и прической. Для слуг-мужчин и охраны предусматривалось свое отделение, что соответствовало правилам приличия и моему положению в обществе. Когда же служанка из огненных драконов разогрела мне фруктовый ча, я и вовсе ощутила себя счастливой.