Книга Развод. Ты нас предал, страница 42 – Ольга Игонина

— Еще одна безумная. Вам беременность инстинкт самосохранения сбивает? Сидоркина, — кричит моей соседке. — Что вы там сидите? Они же и вас заметут. Сюда!

Светлана заглядывает в палату, исчезает на секунду и вот уже появляется в коридоре, толкая вперед мою соседку.

Слышу, как двигаются кровати, летают стулья и тумбочка. Глухие удары, наверное, мужики швыряют друг друга от стены к стене.

— Еще раз ты к ней подойдешь...

Рык Егора.

— Ей, прихвостень, ты забыл, что она моя жена? Алька выбрала меня, меня! И я буду решать, что мне с ней делать. Представь, и даже после всего, она будет ложиться в кровать со мной. Она будет стонать подо мной и воплощать мои даже самые смелые сексуальные желания.

Кажется, Демид совсем не нервничает, в голосе спокойствие, только немного запыхался.

— Хер ты ее получишь.

Такой грохот, что могло так упасть?

— Они же убьют друг друга! — говорю больше в пространство.

— Как романтично! За тебя мужики дерутся! А так и не скажешь, что ты прям пользуешься популярностью. А брюхо-то от кого? Тот второй посимпатичнее будет!

Мы со Светланой переглядываемся, вот так выводы за минуту может сделать человек.

— Охрана, — Светлана Александровна кричит во весь голос. Сильно сбавив тон. — Думаю, уже достаточно, чтобы мужики выяснили отношения. И ты хочешь сказать, что Егор это делает от доброты душевной? Просто Робин Гуд какой-то, да?

Чувствую себя неловко, как будто меня в подростковом возрасте застукали за гаражами. Когда все подружки курят, а ты рядом стоишь, и теперь должна доказать, что сигарета не волшебным образом испарилась.

Сползаю по стене.

— Я просто очень устала...

По коридору бегут два охранника. Интересно, на все подобные вакансии специально невысоких и плюгавых мужиков выбирают? Они же вдвоем меньше, чем Демид или Егор.

— А ну, прекратить драку! — басистый голос разлетается по больнице. Интересно, в каком теле он прятался? — А то сейчас группа захвата приедет. С виду приличные мужики, что вы тут не поделили? Бабу, что ли?

Сидоркина гаденько хихикнула.

Перевожу на нее взгляд.

— Ну а что? Это я раньше думала, что все мужики — кобели, а тут и женщины, оказываются, не лучше. Я таких по Первому каналу видели, приезжают на программу с пачкой детей, днк делать. И мужиков целый вагон привозят. Это ж когда она со всеми «того», — поднимает брови. — успела? А самое смешное, что всех папашек-то и не находят, второй вагон вести надо.

Хихикает, так противно, что хочется продолжить потасовку мужиков.

Демид первый выходит из палаты. Бровь рассечена, кровь размазана к уху. Следом Егор, тоже помятый, губа припухла, сплевывает в ноги.

— Ну и кто ж та ненаглядная? — охранник, что постарше останавливается напротив нас, кивком головы показывает меня и Сидоркину. — Я думал, что все — никакой романтики в людях не осталось. Только в телефоне своем сидеть могут, а тут почти дуэль. Орлы!

— Вы охренели оба, — хочу закричать, но сил на это нет. Может, махнуть куда-нибудь в деревню, чтобы спокойно доносить беременность.

— Одевайся, мы поедем домой. А в этом гадюшнике делать нечего, — Демид останавливается напротив меня. — У тебя пять минут. Думаю, ты помнишь, что я дважды не повторяю. А тебе конец, — поворачивается в сторону Егора. Я тебе по старой дружбе с тестем прощал мелкие пакости, когда ты под ногами мешался. А теперь нет, ты даже не представляешь, с кем связался. И если ты хочешь, чтобы Алька была...