Книга Мертвец стучится в двери, страница 52 – Джон Диксон Карр

Из-за своеобразной манеры вождения доктора Кента они опоздали. Марк, после еще одной почти бессонной ночи, последовавшей за приключением в библиотеке, был на грани.

— Почему вы не сказали, что знакомы с доктором Феллом? – то и дело приставал он к своему спутнику.

Доктор Кент, слегка нахмурившись, совершил самоубийственный маневр, лихо подрезав тяжелый грузовик.

— Видите ли, – ответил он, уклоняясь от прямого ответа, – я позволил себе некоторую вольность. Предположил, что он должен быть в нью-йоркском «Клубе игроков», и позвонил ему туда.

— По поводу смерти мисс Лестрейндж?

— Нет-нет. Это было несколько дней назад. Насчет происшествий в гимнастическом зале. А вчера вечером позвонил уже по другому вопросу.

— Так он в курсе дела?

— Почти так же, как и я, если можно говорить о каком-то деле. Вообще-то, уже без четверти шесть. Надеюсь, мы его не проглядели.

Не проглядели – даже в огромном, наполненным эхом мраморном пространстве вокзала.

— А-га! – прогремел доктор Фелл, сияя и размахивая тростью.

Они увидели его у газетного киоска: он расплачивался с почтительным носильщиком, тащившим его чемодан, и покупал коробку сигар, выбранную исключительно из-за кричащей расцветки. Пенсне на широкой черной ленте съехало набок, а выбившаяся прядь накрыла один глаз.

Заметив встречающих, он привлек их внимание жестами и криками. Раскрасневшееся лицо расплылось в улыбке. Довольное гоготанье привело в движение неопределенное число подбородков и встряхнуло, словно палатку, черный костюм из шерсти альпаки. Глаза его за стеклами съехавшего набок пенсне лучились таким благодушием и Марка он схватил за руку с таким неподдельным энтузиазмом, что более теплым приветствием его не встретил бы и старый король Коль.

— Фелл, надо полагать? – Доктор Кент с достоинством склонил голову.

— Не иначе как Кент, – рявкнул доктор Фелл, со счастливым видом выкручивая ему руку. – Господа, – продолжил он, перейдя после составленной в высокопарных выражениях благодарственной речи на более серьезный тон, – нам есть что обсудить. – И гостеприимно указал на ближайшую скамью. – Присядем?

— Прямо здесь, на вокзале? – удивился Марк.

— А что касается этого! Сэр, – доктор Фелл задумчиво потянул носом, – я размышлял…

— Об убийстве?..

— О вокзалах, – объявил доктор Фелл.

Поскольку поместиться на скамье можно было, лишь сев боком, он осторожно опустился, опираясь на две трости, и положил на колени пеструю коробку с сигарами. Затем он откинул закрывавшую глаз прядь волос, ощетинил бандитские усы и обвел взглядом окружающее пространство.

— Когда сто лет назад железные дороги пришли в Англию, они принесли с собой грязь, копоть, убогость и неудобства. Реакционеры радуются – мол, с тех пор ничего не изменилось, все осталось, как было. Вы согласны, мой дорогой Кент?

Доктор Кент, седовласый, с тяжелым лицом и темными бровями, опустился на скамью рядом с ним.

— Да, так оно и было.

— Сэр, – продолжал доктор Фелл, оживляясь и обращаясь к Марку, – вы даже не представляете, как возвеличили в этой стране скромный вокзал. В Англии мрачное слово «станция» означает лишь, что вы никуда не едете, а пребываете в ожидании. Здесь же вас ослепляет роскошь, здесь можно найти что угодно – кроме, к сожалению, поезда в некоторые моменты. Я видел венецианские дворцы, менее впечатляющие, чем ваши залы ожидания. Этот вокзал, если не ошибаюсь, воспроизводит римские термы. Громы небесные! Если в следующий раз я окажусь в Зеркальной галерее Версаля или Висячих садах Вавилона, то решу, что побывал в последнем волшебном царстве. Вы согласны, мой дорогой Кент?