Книга Мерривейл, Марч и убийство, страница 43 – Джон Диксон Карр

— Нет, нет, нет! Я уже говорила вам… говорила. – Девушка обратилась к Джиму: – Она была мертва, когда я вошла сюда. Я находилась здесь всего полминуты. У меня нет никаких писем; если хотите, можете обыскать. Письма были у него. Возможно, и сейчас тоже.

— Не было у меня писем! – возмутился Кэплин.

Джоан Форсайт взяла себя в руки, пристально посмотрела на Кэплина и заговорила другим, равнодушно-удивленным тоном:

— А знаете, вы и правда омерзительный тип!

— Возможно, – честно признал Кэплин. – Мы все не идеальны, даже вы. Видите ли, мисс как-вас-там, вы попали в переплет. В серьезный переплет. И вы должны понять это ради вашего же блага. Честно говоря, вам не стоит разбрасываться обвинениями. Зато я чист. Я не убивал бедняжку, просто не мог этого сделать. Полицейские подтвердят, что я все время провел на эстраде с оркестром.

— Это правда? – спросила девушка у полковника Марча.

— Правда, мисс Форсайт.

— Вот видите? – сказал Кэплин.

— Нет, я не понимаю, – все так же удивленно проговорила Джоан Форсайт, разводя руками. – Я не могу понять низости и подлости произошедшего. Все это не кажется мне чем-то значительным, ужасным или даже трагическим. Только грязным и подлым. Мой брат не изгой, виновный во множестве тяжких преступлений. Он не мог допустить скандала и оказался в глупом положении из-за романа с этой женщиной. А они решили этим воспользоваться и получить с него деньги. Они настолько привыкли жить за счет других, что не видят в этом ничего странного. Просто вам немного удивленно скажут: «Ну конечно, вы должны платить за то, что нам известно. Так что гоните ваши денежки и хватит заниматься ерундой!» – Она глубоко вздохнула. – Может, они и правы. Я не знаю. Только нам с Томми пришлось собрать почти все деньги, которые у нас были. Наверное, таких бедных дураков, как мы, очень много. Не знаю, верите ли вы тому, что говорит этот человек. Похоже, что верите. Как бы вы со мной ни поступили, все равно случится грандиозный скандал, в центре которого окажется Томми. Умные люди всегда добиваются своего, правда?

— Я так не думаю, мисс Форсайт, – сказал полковник Марч.

И все посмотрели на него.

В клубе «Восток» внезапно воцарилась оглушительная тишина, которая распространилась за пределы гримерной. Музыка, прежде гремевшая и дребезжавшая, остановилась на середине такта. Бормотание на танцевальной площадке сначала стало громче, а затем резко смолкло. Джим Мэтьюз знал причину. Посетители клуба увидели у дверей полицейских в форме.

Но полковник Марч стоял со сложенными на груди руками и как будто ничего этого не замечал.

— Вы, – неожиданно произнес он, повернув голову к двери. – Кажется, вас зовут Пола? Вы горничная? Входите.

Пола подчинилась. Она двигалась, как кошка, – не по прямой, а плавно обогнув дверной косяк. Девушка выглядела спокойной, но ее большие круглые глаза смотрели с вызовом.

— Пола, – повторил полковник Марч. – Пола, Пола. Я не видел вас раньше?

Ответ прозвучал незамедлительно:

— Может, и видели. Я года два или даже три работала в клубе «Железный шлем», а потом еще полгода в «Одалиске».

— Я никогда не бывал в «Железном шлеме». Точно не бывал. Я мог вас видеть где-то раньше?

Пола пожала плечами.

— Что ж, не будем сосредоточивать на этом внимание, – с любопытством в голосе сказал полковник Марч. – Скажите-ка мне лучше, сколько здесь гримерных?