Книга Особенный, страница 82 – Владимир Дараган

— Наверное, не за Алекса, а за методику, — уточнила Наташа.

— Ну да, а я что сказал? И за Алекса, и за методику, и за нас с Зоей. Пал Палыч сказал, что мы с Зоей сейчас самые важные в институте.

Нашу беседу прервало появление Пал Палыча. Он вошел, вернее, вкатился, и от его улыбки, обнажившей идеальный зубной протез, в комнате стало светлее.

— Прекрасно, прекрасно! — воскликнул он, пожимая нам руки. — Вахтанг, спасибо, что так быстро нашел нашего пациента. А вы, дорогуша, — он обратился ко мне, — быстро снимайте рубашку, вашу броню и садитесь в кресло. Проведем экспресс-диагностику. Вчера вы пропустили, так что никаких возражений. И еще вот что…

Он потрогал мою рубашку.

— Вы носите это, как я понимаю, уже четвертый день. Вахтанг, дорогой, когда мы закончим, бегом, а лучше лети соколом к Маше на склад, пусть она выдаст две рубашки с усиленным воротником. Размер Александра она знает.

— А можно не серые? — попросила Наташа. — Этот цвет его убивает.

Пал Палыч пожал плечами.

— Какая разница? Других у нас нет, мы думаем о безопасности, а не о моде и прочей ерунде. Вахтанг, ты готов?

— Готов, Пал Палыч, — отозвался Вахтанг, подкатывая к креслу тележку с какими-то приборами.

Пал Палыч попросил Наташу удалиться, чтобы, как он сказал, не смущать пациента.

— Приходите через полчаса, — попросил он. — Верну вам вашего подопечного живого и здорового.

Я разоблачился, вздохнул и полез на кресло.

Через полчаса я услышал, что мои силы восстанавливаются, память улучшается, а сердце, легкие и прочие органы в полном порядке. После чего меня усадили на стул около письменного стола Пал Палыча, он открыл огромный журнал с красным корешком и стал задавать вопросы, подробно записывая мои ответы. Он спросил, как быстро я засыпаю, сколько часов сплю, чем питаюсь, сколько времени провожу на свежем воздухе, какие читаю книги и какие программы смотрю по телевизору. Последние вопросы меня насмешили, но Пал Палыч прочитал мне короткую лекцию о моем мозге, который, с одной стороны, прекрасен, а с другой — требует постоянных нагрузок и упражнений.

— Продолжите ряд, — попросил он, — Один, два, три, пять, семь…

— Одиннадцать.

Это был ряд простых чисел, которые делятся только на единицу и самих себя. Пал Палыч кивнул и попросил вспомнить, кого я увидел первым, когда вчера вышел на улицу. Это было легко, картинка сразу появилась перед глазами: старушка из соседнего подъезда выгуливала шпица.

— Отлично, — похвалил меня Пал Палыч. — Послезавтра с утра сразу ко мне. Продолжим следить за последствиями вашей травмы.

Закончив с вопросами, Пал Палыч не спеша закрыл журнал, положил его в ящик стола и как-то странно посмотрел на меня. Заботливо и тревожно — пожалуй, по-другому не опишешь этот взгляд. Так смотрят на заболевшего ребенка, пока не знают, как ему помочь. Потом, словно очнувшись, он глянул на часы, удивился, что Наташа еще не пришла и сказал, что хочет сообщить нам нечто важное.

И тут в комнате появился Вахтанг с двумя шуршащими пакетами.

— Последние взял, — сообщил он.

Пока я переодевался, пришла Наташа. Пал Палыч оживился, попросил Вахтанга сходить выпить кофе, пока мы быстренько побеседуем о важном.

— Ты сегодня отлично поработал, — на прощание похвалил его Пал Палыч. — После обеда будь готов поехать со мной в Кунцево за новым оборудованием.