Книга Убийство в Розовом павильоне, страница 63 – Альфред Мейсон

Все трое отправились в гору. Госпожа Доврей, как женщина тучная, поднималась очень медленно, а Целия приноравливалась к ее шагу. Им казалось вполне естественным, что Адель шла впереди, хотя встречавшиеся с ними прохожие не считали ее принадлежащей к их компании. На углу улицы Казино Адель подождала их.

— Мадемуазель Целия может купить веревку в этой лавке, — сказала она, указывая на лавку Корвели. — Мы с госпожой Доврей пойдем вперед, а вы, как более молодая, легко догоните нас.

Целия вошла в лавку, купила веревку и догнала госпожу Доврей прежде, чем она дошла до виллы.

— Где госпожа Россиньоль? — спросила она.

— Ушла вперед, — ответила госпожа Доврей.

Они не встретили никого из знакомых, хотя мимо них прошел человек, который узнал их, как это показывал потом Перрише. Они догнали Адель, поджидавшую их на углу улицы.

— Уже близко, кажется, и «Розовый павильон»? — спросила она.

— Минута ходьбы, и мы там.

Они вошли в сад, закрыли ворота и направились к вилле. Окна и стеклянные двери, а также решетчатые ставни оказались закрытыми. В передней горел свет.

— Елена ждет нас, — сказала госпожа Доврей, увидев, что дверь главного подъезда открыта и в передней стоит Елена Вокье.

Все трое прошли прямо в маленькую гостиную, где уже был зажжен свет, а в камине горел огонь. Целия недовольно взглянула на камин и поспешно закрыла его экраном.

— Я хорошо понимаю, с какой целью вы это делаете, — сказала Адель Россиньоль. Но госпожа Доврей поспешила на помощь девушке.

— Она права, Адель! Свет представляет великую преграду между нами и духовным миром, — сказала она торжественным тоном.

Тем временем Елена Вокье закрыла парадную дверь на замок. До сих пор она боялась, что какой-нибудь неожиданный случай помешает в самую последнюю минуту исполнению ее плана. Теперь все страхи прошли. Жертвы находились на вилле. Она все еще продолжала стоять в передней, когда госпожа Доврей нетерпеливо позвала ее.

— Елена! Елена!

В гостиной, насколько могла припомнить Целия, было совсем тихо, когда вошла Елена с улыбкой на лице. Адель Россиньоль снимала шляпу и перчатки, а госпожа Доврей с некоторым раздражением сказала Целии:

— Мы приготовим комнату, милочка, пока Елена помогает вам одеваться. Мы все быстро устроим.

Когда Целия бежала по лестнице, она слышала, как госпожа Доврей спорила со своей служанкой, какое платье приготовить для сеанса. Ей было жарко, и она на скорую руку приняла ванну.

Выйдя из ванны, она увидела, что для нее приготовлено бледно- зеленое вечернее платье, которое она менее всего хотела бы надеть. Но она не смела отказаться от него, она должна была устранить всякие подозрения. Целия вспомнила впоследствии две-три подробности, которые в то время прошли мимо ее внимания. Во-первых, когда Елена убирала ее волосы, она взглянула на ее лицо, отражавшееся в зеркале, и заметила на нем странную злобную улыбку, которая исчезла в ту же секунду, когда глаза их встретились. Во-вторых, Елена в тот вечер делала все необыкновенно медленно и была крайне капризна. Ничто не нравилось ей: ни очертания складок на юбке, ни складочки на кушаке, ни прическа.

— Живей, Елена, — сказала Целия. — Вы знаете, что госпожа Доврей не любит ждать. Вы одеваете меня точно для встречи с возлюбленным, — прибавила она, краснея и улыбаясь своему отражению в зеркале.