Книга И она поблагодарила богов, страница 31 – Юсси Адлер-Ольсен

Томас Клейн попытался придать лицу кроткое выражение: — Думаешь, это хорошая мысль? — Было очевидно, что столь резкий поворот событий заставил его изрядно понервничать.

Петер дал ему немного побарахтаться в сетях: — Смотря что?

— Блефовать.

— Блефовать? Я не блефую, Томас. Тебе ли этого не знать, — ответил он и задумчиво посмотрел вслед уходящему широкоплечему юристу.

После перерыва косые лучи солнца залили аудиторию, отчего самый бледный из двух парней в группе стажеров казался почти призрачно, неестественно белым.

«Серьезный молодой человек», — подумал Петер. Наверное, он провел большую часть лета взаперти, выискивая любые сведения о «Кристи Н.В.».

— Успешный бизнес — это забота о своей компании, подобно тому как садовник ухаживает за деревом. Избитое сравнение, согласен! — начал Петер. — Большинство руководителей прекрасно понимают, что развивать молодое предприятие нужно, умело сочетая агрессивность и бережность. Но когда фирма вырастает и пускает глубокие корни, помнят ли они о том, что ее по-прежнему нужно подпитывать, подрезать сухие ветви и поливать, как сделал бы любой толковый садовник? Знают ли они истинные условия роста своей компании или просто плывут по течению «погодных явлений» — того, что мы привыкли называть трендами? Хватает ли у тех, кто принимает решения, ума признать свое невежество при возникновении новых обстоятельств? Не забывают ли они следить за слабостями и болезнями, которые неизбежно сопровождают бурный рост? И считают ли они тревожным симптомом ситуацию, когда компания начинает вытягивать слишком много ресурсов из окружения? Считают ли? — Бледный юноша покачал головой.

Петер попытался изобразить свою дежурную улыбку, припасенную как раз для этой части лекции. Он уже в десятый раз вел курс для стажеров. Эта рутина давно навязла в зубах, да и импровизировать было совершенно невозможно, пока раскосые глаза молодой женщины так пристально изучали его.

Красивые, невероятно красивые глаза.

Он смотрел на нее, пытаясь разгадать ее происхождение — от миндалевидного разреза глаз до пульсирующей жилки на шее. Она оставалась загадкой. Не даячка и не яванка, не молукканка и не балийка, но в то же время воплощала в себе их всех. Да, индонезийская кровь определенно оставила свой нежный след на ее лице.

— Возможно, подобная аналогия банальна, но, как говорится, упрощение облегчает понимание, — продолжил он, заставив себя отвести взгляд, хотя в ноздрях у него отчетливо запечатлелся тонкий аромат сандалового дерева. — «Кристи» убирает здоровые, жизнеспособные деревья, чтобы освободить место для других, и способов для этого немало.

А девушка тем временем смотрела на него не отрываясь, словно он зажег в ней какой-то свет; это завораживало. Ее глаза отливали всеми оттенками выгоревшей на солнце охры, напоминая просвет в густых джунглях вокруг деревни его детства — они были полны тайн и неразрешенных вопросов. Теплые, как ствол пальмы в послеполуденный зной.

Во всем теле у него разлилось странное ощущение, похожее на пробуждение после тревожного сна.

Петер тряхнул головой и посмотрел на пол, где солнечные лучи мягко ложились на темные доски. На улице поднимался ветер. Верхушки деревьев вдоль канала качались. Скоро очередная зима растревожит его затаенные желания. И эта девушка уже пробудила их в нем.