Книга И она поблагодарила богов, страница 186 – Юсси Адлер-Ольсен

Мысли о Никки Ландсаат не давали ему покоя, отзываясь в теле непрерывной дрожью, и на то были веские причины.

Петер сидел неподвижно на постели, уставившись в пустоту, когда вошла госпожа Йонк с подносом послеобеденного чая. Бросив на него быстрый взгляд, домработница предпочла не лезть с расспросами и направилась на верхний этаж с чаем и чистым бельем для Мари.

Он был потрясен. Именно это слово лучше всего описывало его состояние, и его охватила глубокая тревога. Только сейчас до него дошло, какой опасности подвергалась Никки и в какой переплет она попала. Только теперь он понял, насколько сильно переживает за нее. Впервые в жизни у него появились угрызения совести. Совершенно незнакомое чувство. Когда это он задумывался о моральной стороне своих затей?

Она действовала профессионально, даже слишком, и всегда шла своим путем. А значит, это он подверг ее опасности. Разве не он предоставил ей полную свободу действий и выбрал именно ее за умение добиваться своего любой ценой? Он ведь прекрасно знал, что в критический момент она будет принимать решения сама. Ее участие в деле «Каказ» доказало это. Ее пренебрежение к Магде Баккер доказало это. Именно поэтому он ее и нанял, но теперь пора было остановиться. Вся эта история разрослась до невероятных масштабов, став слишком опасной, непредсказуемой и запутанной. Одно то, что брат Марка де Виреса, Констанд де Вере, вращался в окружении самого опасного человека на планете — Саддама Хусейна, должно было заставить звенеть все тревожные колокола.

При следующем же разговоре он потребует, чтобы Никки прекратила свои поиски, какими бы ценными ни были ее находки. Сам же он должен идти до конца. Ради Рина, ради Мари и, самое главное, ради себя самого.

Петер встал, взял мобильный и спустился в кабинет. Порывшись в верхнем ящике стола, он откопал инструкцию к «Эрикссону», лежавшую между двумя громоздкими аппаратами старого образца. Он проделал все описанные тесты, но дисплей телефона не выявил никаких неполадок.

Это было поразительно. Если аппарат исправен, то почему Никки не могла до него дозвониться с понедельника и почему за последние дни телефон не издал ни звука?

Тогда ему в голову пришла простая мысль: положить «Эрикссон» на стол и набрать его номер со стационарного телефона, стоявшего рядом.

В трубке раздалось несколько гудков. Затем послышался легкий щелчок, соединение установилось — но «Эрикссон» на столе продолжал молчать. Петер затаил дыхание и вслушался. До него донеслось чье-то дыхание и далекий гул машин.

Он тут же бросил трубку. Его охватило дурное предчувствие. Вновь полистав инструкцию, он нашел функцию вывода собственного номера телефона на экран и зашел в меню.

Худшие опасения подтвердились. Номер на экране был чужим. Похоже, в руках он держал чужой аппарат. Его прошиб холодный пот. Не подлежал сомнению тот факт, что Никки дозванивалась до него в понедельник в Копенгаген, но с тех пор он не получил ни одного вызова. И так же очевидно было, что единственный раз, когда телефон выпускался из рук — это во время визита в офис де Виреса.

Петер вытер лоб. В один миг картина прояснилась. Как же все было тонко рассчитано! Он снял аккумулятор и заглянул под крышку. Там был записан его пин-код — значит, сам аппарат принадлежал ему. Выходит, они просто заменили сим-карту — мозг телефона, определяющий номер. Вместо нее они вставили свою. И произошло это тогда, когда он оставил мобильный на ресепшене в офисе Марка де Виреса, только и всего! Им даже не составило труда ввести его собственный пин-код на новой карте, ведь он был записан у всех на виду.