Книга Сыны Тьмы, страница 242 – Гурав Моханти

I

Поднимаясь на гору, за которой, предположительно, находился Дом Саптариши, они проходили мимо деревьев, похожих на покрытых мхом гигантов, искалеченных и уродливых, с щупальцами вместо корней, под которыми цвели крошечные орхидеи. Паршурам шел впереди, взбираясь по склону, и его фигура была четко очерчена на фоне туманного неба. А над туманом на короткое время были видны выточенные изо льда вершины Касмиры. Туман, стекая по огромным провалам склонов, окутал ее, словно пытался напасть на гору подобно мистическим водным существам.

— Трагедия в сваямваре была весьма прискорбной, – бубнил Паршурам, продолжив обсуждать сплетни из далеких стран, как он делал с тех пор, как они покинули обитель. – Но чтобы царевна вышла замуж за всех пятерых братьев… – Он в глубоком смятении покачал головой. – То, что будущая царица Союза – блудница – не сулит Союзу ничего хорошего. Но, опять же, их мать Кунти тоже не святая. Если бы ты только знала, что делал я сам… – засмеялся Паршурам. – Я определенно вижу в этом ее руку.

Нала едва его слушала. Она все еще отчаянно пыталась смириться с тем фактом, что Паршурам работал на Саптариши! Она думала, что эти творцы царей давно пали со своих пьедесталов. Получается, учителя Меру вообще ничего не знали! Но могла ли она действительно завидовать их невежеству? Она сама провела почти год с ачарьей Паршурамом, но теперь понимала, что почти ничего о нем не знает.

Они достигли вершины склона, по которому поднимались: отсюда был хорошо виден раскинувшийся под ними Город Озер. Но настроение Налы изменилось совсем не от этого, а от того, что виднелось над ними. Пракиони и Вайю совершенными цветами нарисовали радугу на мрачном небе. Нала обожала радуги. Ведь это был фейерверк без дыма, порядок, рожденный из хаоса дождя. Нала улыбнулась.

— Я рад видеть, что ты помнишь, как улыбаться, девочка, – сказал Паршурам, повернувшись к радуге. – Что может означать только одно – ты не поняла ни слова из того, что я сказал.

— Я слышала все, что вы сказали, Мастер. Хм, многомужество не является чем-то неслыханным, даже среди наминов. Садхарани вышла замуж за всех марутов. – Нала быстро пришла к собственному мнению. – Хм, у Джатилы было семь мужей. Но в нынешний консервативный век…

— Тихо. Между слушать и слышать – большая разница. – Паршурам, вытянув ноги, сел на мокрую траву и достал из сумки, которую нес, бурдюк с элем, чтобы сделать второй глоток за день. – Подумай и поразмысли над моими словами, идиотка.

Нала задумчиво почесала подбородок. Сваямвар какой-то панчалской царевны был настоящей катастрофой. Многие погибли. Что еще он сказал? Да, руку царевны завоевал агхори, который был совсем не агхори. И что царевна в итоге вышла замуж не только за не-агхори, но и за его четырех братьев. А еще он говорил что-то о том, что неразборчивая в связях женщина стала царицей Союза – глаза Налы расширились. Клянусь мертвецами! Союз Хастины. Пять братьев. Она резко повернулась к Паршураму, и осознание услышанного холодными пальцами пробежало по ее венам. Бхим и его братья наконец-то объявились!

— Мастер! – Нала едва могла сдержать волнение в своей душе. – Когда мы отправляемся в Панчал?

— Долго ты собираешься, – проворчал Паршурам. – Насколько я слышал, они уже уехали в Матхуру. И мы отправимся, когда ты будешь готова. Горькое терпение приносит самые сладкие плоды. Теперь сиди и смотри в тишине, как я пью. Ты не захочешь идти на встречу с Саптариши трезвой.