Книга Сыны Тьмы, страница 109 – Гурав Моханти

Мати вставила босую ногу в стремя и вскочила в седло.

Одинокая женщина верхом на лошади наверняка привлекла бы внимание.

Она огляделась по сторонам и увидела пустую телегу.

Сейчас у Мати не было ни меча, ни кинжала, да и дротик был пуст.

— Эй! – крикнула она нищему, занятому своим безумным сбором подаяний. – Помоги мне погрузить в эту телегу сено и бочку. – Одна из бочек с горючим маслом, выпущенных из башни, не долетела до корабля и упала на землю, но, к счастью, не взорвалась. – Раздобудь мне вторую лошадь, а потом убирайся, пока никто не спустился из башни.

— Да, госпожа.

«Толстуха» за его спиной казалась горой ало-багрового пламени, выступавшей из воды и вытянувшейся к небу. В конце концов, Пракар Мардин получил свои похороны.

Мати хотелось бы верить, что ей было жаль Ягненка, но кого она обманывала? Совесть всегда была лишь прикрытием для трусости.

I

Солнце медленно тонуло в море среди первых вечерних звезд. Ритмичный шепот, раздававшийся под черной водой рядом с руинами гавани, перерос в громкое шипение. Побережье вскипело от пляски странных угрей, явившихся сюда, чтобы отложить яйца, и сейчас рвавших зубами диковинных существ, что вышли из синей темноты моря. Из ноздрей четвероногого создания сочилась кровь, бока вздымались от изнеможения, лошадь пробежала несколько шагов и рухнула на землю. Всадник нежно похлопал коня по шее и рухнул рядом, растянувшись в грязи и судорожно хватая воздух.

— Ты будешь жить, красавица, – прошептал Карна. – И более того, ты будешь свободна.

Кобыла фыркнула в ответ. Карна улыбнулся, перекатился на бок и встал. Склонился над кобылой, отрывая с ее кожи угрей, которые присосались как пиявки, и разбрасывая их в разные стороны. Издали слышалось шуршание портовых крыс.

Наконец кобыла встала, и Карна хлопнул ее по крупу, отпуская на волю, а затем оглянулся по сторонам, удивляясь, почему гавань так пустынна. По его расчетам, он доплыл до Нефритовой гавани, но то, что он увидел, совсем не соответствовало ее репутации.

Он прошел по выложенной плиткой дорожке и оказался на мучительно тихой улице. Как долго я плыл?Он был измучен до мозга костей, и все, чего он желал, – это рухнуть на соломенную постель.

И лишь шагая среди руин предполагаемой гавани, он понял, что беззащитен, как олень, прогуливающийся по расчищенному лесу. Не стоило отпускать кобылу.

Она и так достаточно помогла, –напомнил он себе, памятуя, как близко это создание было к смерти.

Издали послышались какие-то звуки, отозвавшиеся слабым звоном в ушах. Цивилизация была где-то рядом. Должно быть, это заброшенная часть Нефритовой гавани,догадался он, оглядываясь по сторонам и оценивая ущерб, нанесенный высокими приливами. Вот почему Дурьодхана назвал Чилику Утопающим Городом.

Он услышал шаги. Чужаки, занимая удобные позиции, двигались весьма незаметно, а значит, были профессиональными убийцами, а не оголодавшими горожанами – и мысль об этом совсем не способствовала поднятию духа. Как вообще кто-то мог знать, что я выберусь из моря именно здесь?Но времени на праздные размышления не было; Мардин совсем недавно умер у него на руках, а теперь на него еще и охотились убийцы. Называть себя глупцом можно будет потом.

Карна подозревал, что он стал участником какого-то зловещего заговора, в котором убийство Пракара Мардина было только первой ступенью.