Книга Танец теней, страница 458 – Гурав Моханти

Каменный Род почувствовал жизнь. Каменный Род алкал жизнь. Каменный Род жаждал жизнь. И, перестав быть увядшей оболочкой жизни, Каменный Род ожил. Хотя бы временно.

— Каменная армия. – Буря выглянула из-за плеча Мучука Унда. – Что, старик, держу пари, идя сюда за красным булыжником, ты не планировал получить целую армию?

— Ветаалы. – Нар Ад улыбнулся сестре Календуле. – Я нашел для них название, – объяснил он. – «Каменный Род» не охватывает все смыслы. Они – Армия ветаалов.

— Но… – Мучук Унд повернулся к сестре Календуле. – Как?

Сестра Календула коснулась пальцем Сферы Аган Миан, расположенной у нее в горле, потом кубка в его руке, а затем указала на нее.

— Мы ведь пили не гиппокрас, верно, Хранительница? – сглотнув комок в горле, спросила Буря.

Вахура слабо улыбнулась:

— Магия Сферы Аган Миан хранит Каменный Род от смерти, но не делает их воистину живыми. А в чем заключается опасность Сосуда Календулы? Он заставляет сердце смертного качать кровь столь быстро, что это приводит его в неистовство, побуждая его убивать всех на своем пути – до тех пор, пока сердце не откажет. Но… когда дело доходит до каменных сердец, Календула оживляет их. Временно. Для смертных это чума. Для бессмертных это лекарство.

— И что же налито сюда? – вновь спросила Буря, многозначительно встряхивая кубком.

— Кровь Ману, – ответил вместо Вахуры Мучук Унд. – Она служит щитом от чумы. Трисирас спрятал щит и меч, способный уничтожить Календулу, в крови Ману. – Мучук усмехнулся. – Он пытался обменять эту жемчужину мудрости на то, чтоб ему сберегли жизнь.

— И ты согласился, – сказал Нар Ад.

— О да, я согласился. Я прикарманил эти жемчужины, а затем по просьбе дэвов весьма неблагородно снес ему голову. Мой хитрый план состоял в том, чтобы вернуться домой и использовать этот маленький секрет в качестве оружия против дэвов… – Глаза Мучука Унда озарились ностальгическим блеском. – Но карма ездит на слишком уж быстрой колеснице. Итак, скажи мне вот что: если ты видишь все, ты видишь нашу победу? Ты предвидишь, как я сомкну пальцы на горле дэвов? Или, перейдя этот мост, мы навеки сожжем его?

– Любой,–показала знаками сестра Календула, – кто считает видения столь уж важными, слишком недооценивает, сколь комфортно существование без зрелища горящих городов, повешенных богов и дохлых кошек.–Мучук Унд молча вскинул бровь, и она добавила: – Но комфорт – это ведь не то, чем мы можем похвастаться?

— Верно, – ухмыльнулся он. – Ну, тогда веди, сестра Календула.

— Дохлых кошек, Хранительница? – спросила Буря.

— Я же говорила тебе, что все наши враги находятся на одной стороне, – ответила Вахура, и господин Номном согласно пискнул из кармана ее сумки.

И я снова обращаюсь к Махваш, ангелу – фариште, ставшему моим другом, спасибо тебе за то, что ты была Чендлером для меня – Джоуи, Арагорном для меня – Леголаса, Карной для меня – Дурьодханы. Без тебя я бы не стал писателем. Просто. Не стал. Поэтому, пожалуйста, не позволяй своему будущему мужу отвлечь тебя от твоих дружеских обязанностей, когда ты сопровождаешь меня во всех моих приключениях.

И я вновь хочу высказать свою благодарность Дж. Р. Р. М., которого я уже благодарил в своей первой книге, пожелав когда-нибудь встретиться с ним. Очевидно, гуру мысленных манифестации правы, так я действительно встретился с ним (хотя тут будет вернее сказать, что я просто преследовал его на Worldcon в стиле «Миссия невыполнима») и смог поблагодарить его за то, что он вдохновил меня на написание ПЛиО в древнеиндийском стиле.