Книга Танец теней, страница 361 – Гурав Моханти

Там, где была девчонка, было нетрудно учуять запах ее заразы.

Он нахмурился: раз с ней не было охраны, это лишило его шанса развлечься. Заглянув внутрь, в тусклом свете отраженных фонарей он увидел, что она лежит на кровати. Он нахмурился снова, на этот раз удивившись, что она не в цепях. Он не был столь осторожен, как его брат, но была граница, за которой беззаботность оборачивалась мозолями. Учитывая то, что произошло на «Золоченом Льве», лучше его это никто не знал.

Голова почти что раскалывалась от непрекращающегося пения мантр, которые вели шестьдесят четыре ведьмы, собравшиеся вокруг центрального алтаря, – это пение заглушало стоны, которые его вполне развлекали, заставляя вспомнить забытое возбуждение между ног. Потерев виски, а затем сжав член, он повернулся к брату:

— Она здесь, и с ней Пиявка. Самое интересное, в кандалах.

— Ну и что с того? Она должна быть в кандалах.

— Он в кандалах. Серый. Не она.

— Любопытно, – сказал его брат, отвернувшись, чтобы обронить отборное ругательство на забытом языке. – От их проклятых мантр у меня голова идет кругом.

— Мы не можем убивать их без причины, – сказал он с неподдельной грустью. – Я рассчитывал, что по крайней мере один охранник будет здесь, у ее двери. Я говорил тебе, что нам не следовало торопиться с теми, кто у ворот.

— Я. Хочу. Убить. Их, – процедил брат сквозь стиснутые зубы, прижимая палец к виску, призывая Дхьяну не дать ему сорваться.

— Мы не можем быть беспринципными.

— Беспринципными?! – Брат повернулся к нему и с силой ударил кулаком по ближайшей скульптуре, изображавшей прекрасную йогиню с головой крокодила. Голос его не изменился. Брат никогда бы не позволил себе гневно разговаривать с ним. – Они сочтут нас беспринципными? Что ж, мы напомним им, что это мы сожгли город на Ланке и в этом обвинили Ханумана. Как будто это благочестивое создание стало бы сжигать невинных заживо. Мы распространяли слухи о неверности Ситы, и они вынудили Раму изгнать ее и привели к событиям, помешавших Раме стать сильнее Семерых. Мы проникли в Патаал, чтобы навредить их Солнцам и уничтожить их мир. Мы убили два десятка царей, двух чирандживи, полсотни героев нечеловеческих рас и даже дэва. Во время выполнения последнего задания именно мы шепнули этому девятипалому дикарю, как выиграть войну, и даже не задержались, чтобы насладиться своей славой. Мы очень принципиальны. – Говоря это, брат поймал подлетевшую к нему ворону, привлеченную запахом трупов, и сжал рукой ее тоненькую шейку и сжимал, пока она не перестала двигаться, а затем сожрал ее сырой. – Но мы заслуживаем того, чтобы время от времени быть счастливыми!

— Понимаю.– Ухмыляющийся брат заложил руки за спину, и его глаза вспыхнули огнем, когда йогиня в толпе обернулась, чтобы взглянуть на дверь позади них. Но тени, которые были их друзьями, скрывали их настолько, что она не могла их видеть, и потому она отвернулась, вновь заведя свои мантры, в то время как два новых практикующих в центре готовились соединить свои тела в самых причудливых позах. Сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз уступал требованиям своей плоти, которые с годами ослабли? Сможет ли он повторить то, что делал мужчина в центре? Конечно, смогу, подумал он, потягиваясь. Разве не он одолел нефритовых акул и переплыл целый океан?