Книга Тирания веры, страница 171 – Ричард Суон

— Вот и еще одна жизнь на счету Хелены, – заметил сэр Радомир. – Между прочим, спасибо. Она меня чуть не прирезала, та девчонка.

Я ответила:

— Рада, что смогла помочь. – Затем мне вспомнилось, как мой меч вонзился в спину дикарки, как рассек кожу и мышцы, как она ахнула и закричала от боли. – Но никакого удовольствия мне это не принесло.

— И не должно приносить, – сказал Вонвальт, сидевший в углу. С момента нападения он почти все время молчал. – Убийство – дело дрянное.

Мы резко вскинули головы, когда неподвижный ночной воздух пронзило громкое карканье грача.

— Такое чувство, что эта проклятущая птица преследует нас от самого Баденбурга, – сказал сэр Радомир, ткнув кинжалом в сторону грача. Тот сидел на верхушке обросшей мхом колонны, которая когда-то подпирала толстую каменную стену. Теперь ее обломки валялись вокруг, разбитые, почерневшие от огня и поросшие сорняками.

— В мире много грачей, – отмахнулся Брессинджер, возвращаясь к своей еде.

— А мне две ночи назад приснился грач. Он появился как раз перед тем, как я очнулась от кошмара, – сказала я.

— Лучше не напоминай нам о своих кошмарах, – проворчал Брессинджер.

— Ага, – согласился сэр Радомир. – Кто знает, кого ты решишь убрать следующим.

Я нахмурилась, ненадолго сбитая с толку, но наконец сообразила, что он подшучивает надо мной из-за того, как я пыталась убить Розу в Линосе.

— Можешь не волноваться. Ты ведь ей не соперник, – прошептал Брессинджер и подмигнул бывшему шерифу.

— Перестаньте! – вяло огрызнулась я, не отводя глаз от грача. Вид птицы пробудил во мне сомнения. Если вспомнить, за последние несколько недель я несколько раз видела таких же в Сове и ее окрестностях. Вдруг это и правда был один и тот же грач?

— Дубайн прав, – сказал Вонвальт, словно прочитав мои мысли. – Это просто птица. Наверное, ищет чем полакомиться.

— Да, только… – произнес сэр Радомир, и на этот раз его голос прозвучал задумчиво, – за эти два дня я почти не видел деревьев.

— И что? – спросил Брессинджер.

— Тебе никогда не надоедает спорить? – проворчал бывший шериф. – Видит Нема, меня ты уже утомил.

— Ох, чтоб вас, только не начинайте, – устало сказала я.

Брессинджер фыркнул, а затем он и сэр Радомир рассмеялись. Даже Вонвальт выдавил из себя улыбку.

— Так гдевсе-таки гнездятся грачи? – через некоторое время спросил сэр Радомир.

Теперь мы все обратили взгляды на птицу. Мы смотрели на нее долго, словно старались разглядеть в ее глазах искру разума или дождаться какого-то знака – вдруг она начала бы летать над нами кругами или сделала что-нибудь нептичье.

Однако грач просто склонил голову набок и снова каркнул.

Сэр Радомир усмехнулся.

— Дайте-ка мне лук. Забью дичь, лишним не будет.

— Маловата птичка-то, – сказал Брессинджер. – В ней, наверное, мяса меньше фунта.

Грач взмахнул крыльями и улетел.

— Может, он и правда нас понял, – неуверенно пробормотал сэр Радомир.

После этого мы долго сидели в тишине.

* * *

Той ночью мне приснился пляж. Его омывало черное гнилостное море. Плоская, цвета кости песчаная равнина тянулась вдаль на многие мили и уходила во мрак.

Здесь я вновь увидела грача. Он каркал, и его крик разносился вокруг странным, как будто незатухающим эхом. На этот раз я пошла за птицей, шагнула по песку…