Книга Испытание империи, страница 239 – Ричард Суон

Наконец я заперла сейф и вышла из комнаты.

— Благодарю, – сказала я. – Можете вернуть в хранилище.

— Вы будете сегодня снимать деньги, миледи? – спросил меня клерк. На столе перед ним лежала старая запыленная бухгалтерская книга. Он постучал пальцем по графе, где был указан остаток моего счета. Я чуть заметно вскинула брови.

— Пожалуй, дайте мне пятьдесят марок.

Я пыталась сохранять невозмутимый вид, но это была безумная сумма денег, чтобы разгуливать с ней просто так.

Клерк, не моргнув и глазом, протянул мне пачку банкнот, которые, как я знала, было крайне сложно потратить где-то за пределами Совы.

— Вас не затруднит выдать половину монетами?

Судя по выражению лица клерка, я сказала что-то неприличное, и все же просьбу он исполнил.

Сэр Радомир дожидался меня на улице вместе с Генрихом. Я полагала, бывший шериф воспримет дарованный ему титул с небрежностью. Но, когда я сообщила ему о решении Вонвальта, сэр Радомир заявил, что это «самое малое, что он мог сделать для него». На нем были изысканные одежды из темной ткани с серебряными пуговицами, волосы и борода подстрижены, и, отмытый от грязи и крови, он вполне мог сойти за благородного.

— Ну что, ты теперь богаче Немы? – спросил он меня.

Он жевал кусок вяленой говядины, то и дело промокая платком маленькое отверстие в щеке. Несмотря на все усилия хирургов, рубец на том месте никак не желал срастаться.

Рядом с ним грыз крупный хрящ Генрих.

— Больше денег, чем я смогу потратить за десять жизней, – сказала я. – И это не считая моего жалованья на должности секретаря Правосудия.

— Ага. О службе у сэра Конрада можно сказать лишь одно: на ней я разбогател до неприличия.

— Барон Драгич. Лорд Драгич. Звучит грозно, не находишь?

— Погоди, вот увидишь мой замок, – ответил он, и я рассмеялась.

В Сове стояло настоящее лето, было жарко и душно. Мы немного прогулялись, бесцельно побродили по городу – два человека, чьи жизни прежде были наполнены смыслом и значением, теперь просто плыли по течению.

— Что будете делать? – спросила я у сэра Радомира.

Он пожал плечами.

— Сэр Конрад оставил мне свой особняк на Вершине Префектов. Может, стану выращивать персики, женюсь. Поглядим, не нужна ли сэру Герольду помощь в поддержании порядка в этом гадюшнике.

— Я думала, вы вернетесь в Хаунерсхайм.

Сэр Радомир помотал головой. Он доел вяленое мясо, вытер щеку и убрал платок.

— Сомневаюсь, что смогу это вынести. После всего, что было, – он обвел вокруг широким жестом. – Проделать то, что мы сделали, с оружием в руках защищать город, спасать Империю – или Республику, или как там она теперь зовется – а потом просто вернуться? В Долину Гейл? В Перри Форд? – Он снова помотал головой. – Я не вынесу той тишины, она убьет меня. Теперь я как будто должен остаться здесь. Присмотреть. Проследить, чтобы вся эта публика делала, как велел сэр Конрад. Ни за что я снова не пойду воевать. Я могу протянуть еще пару десятков лет и хочу прожить их в мире.

Я кивнула и положила руку ему на плечо.

— Надеюсь, наши дороги еще пересекутся.

Сэр Радомир искоса поглядел на меня. Печаль тенью легла на его лицо.

— Ты не останешься в Сове?

Я покачала головой.

— Пока нет. Хочу сначала кое-что сделать.

— Я буду скучать.

— Я тоже.

Какое-то время мы брели в приятном молчании.