Книга Алые небеса. Книга 1, страница 161 – Чжон Ынгволь

Дыхание Ха Рама было спокойным и ровным, но вдруг он перестал дышать. Его веки поднялись, и темно-карие глаза засверкали в лунном свете. Неожиданно юноша свернулся калачиком, схватившись за грудь от боли, и застонал. Подняв взгляд выше, он увидел картину Чхонги, висевшую на стене. Рам протянул к ней руку, но та была так далеко, что он не мог ее схватить. Попытавшись подползти ближе, юноша снова потянулся к ней, но невидимая сила будто оттолкнула руку Рама.

— Проклятье! Хон Чхонги со своими оберегами…

Ему едва удалось подняться. Он сделал шаг назад, но его шаткие ноги подкосились, из-за чего юноша уселся на пол. Затем снова с трудом встал, и, схватившись за грудь, он, шатаясь, попытался открыть дверь… но опять упал. Поднявшись, Рам прошагал всю террасу, рухнул и покатился вниз во двор. Несмотря на ночной холод, рот и нос юноши совсем не испускали пара. Когда он встал, его лицо исказилось от боли.

— Повезло, что Рам часто выходит из Кёнбоккуна. Ха! Если бы не это…

Он вышел во двор главного здания. Рам вставал и двигался вперед снова и снова, хотя и продолжал падать. Поднявшись, он наконец добрался до нужной комнаты и открыл дверь, а затем вошел в нее. Там кто-то спал – и это была Хон Чхонги. Местом, куда он направлялся, с трудом передвигая ноги и держась за больную грудь, была именно эта комната. Его ноги тут же потеряли силу. Остаток энергии юноша направил в руки, обхватив ее шею обеими ладонями. Это придало ему сил.

Холод, коснувшийся ее шеи, был подобен льду. Чхонги с трудом дышала, напуганная этим ощущением, вызвавшим рой мурашек. Она видела этого странного Рама в темноте. Пока девушка пыталась сопротивляться, в голове родился целый ворох вопросов. Это сон? Почему он здесь? Зачем ему ее шея? Ох… его глаза…

Ладонь, державшая ее глотку, вмиг потеряла силу, будто в ней закончилась вся энергия. Взгляд юноши метался из стороны в сторону, пока он пытался понять, что делать. Посмотрев на ворота, он произнес:

— Это и есть моя добыча? Проклятье! Если бы не оберег, я бы точно…

О чем же он говорит? Что имеет в виду? Это точно был голос Ха Рама, но интонация звучала совершенно иначе. И цвет глаз тоже был другим – точно не красным. Неужели все из-за света луны? В голове у Чхонги окончательно прояснилось. Ладони, касавшиеся ее шеи, не были похожими на человеческие – они были гораздо холоднее, чем у трупа. От страха она не могла даже закричать, хотя вопль уже подступал к ее горлу. И тогда они встретились взглядами. Темно-карие глаза ей по-прежнему улыбались, но выглядели так, будто они не принадлежат Ха Раму, которого она знала. В этом взгляде не было чувств, а улыбались только самые уголки губ. Это невероятно пугало Чхонги.

Темно-карие глаза Рама медленно исчезли под опускающимися веками. Вскоре его тело потеряло всю силу и повалилось набок. Холодная ладонь, державшая ее шею, тоже упала без сил, поэтому Чхонги тут же вскочила и быстро попятилась подальше от него. Ее спина коснулась стены – когда отползать уже было некуда, она обхватила собственные плечи и свернулась калачиком. Ноги и руки девушки дрожали, все тело трясло, а дыхание было рваным.

У ворот дома астронома стояла мрачная человеческая фигура. Это был черный гость, полностью облаченный в темную одежду, из носа которого клубился белый пар. Некоторое время он молча стоял, а затем развернулся и зашагал прочь.