Онлайн книга «Слепящий нож»
|
Она испустила вздох. Ее глаза закатились, тело расслабилось; она была мертва. «Она подняла руку, чтобы извлекать, чтобы убить меня! Я должен был это сделать!.. Или это был жест мольбы?» Зеленый луч, шедший со стороны Ру, погас. — Хватит! – послышался голос. Он не был громким, но казалось, будто он пронизывает все вокруг. Этот голос потряс Кипа до костей. Забыв про мертвую женщину, Кип поглядел в сторону центра башни, где стоял новый бог. * * * Атират, королева сладострастия, зеленая богиня, наложница небес, владычица лунного света… Ее называли разными именами; некоторые из них противоречили друг другу. Но чем бы она ни была, эта богиня определенно не была женского рода. В смысле она была мужчиной. В отличие от двенадцати своих гигантских спутников, Атират был не выше Гэвина. Очевидно, он считал, что настоящее могущество не нуждается в такой вульгарной демонстрации, как превосходство в размерах. Впрочем, в других отношениях Атират, очевидно, не пытался избегать вульгарности. У него вообще не осталось человеческой плоти – повсюду был люксин, сплетенный настолько тонко, что казалось, будто вместо кожи у него шелковая ткань. Поверхность его могучих бугрящихся мускулов украшали изображения продолговатых, переплетающихся фигур, которые совершали непристойные телодвижения с каждым движением его рук или ног. Его длинные волосы представляли собой завесу из вьющихся лоз, среди которых скользили змеи. Его шею закрывал золотой ошейник с единственным черным камнем. Когда он двигался, его мышцы разделялись и скользили вдоль друг друга; между ними раскрывались пурпурные щели – возможно, кора красной березы или попросту вены, не защищенные люксиновой кожей. Живые лозы, сплетаясь, образовывали нечто вроде килта вокруг его бедер, на голой груди вместо волос курчавился мох, и на каждом открытом участке тела спонтанно то вырастали, то увядали листики и травинки. Образ был настолько хорош, что даже Гэвин не мог бы сказать, реальность это или это иллюзия. Глаза бога сверкали, как осколки кремня, и весь он казался освещенным изнутри – наполненным мощью, светом, магией, жизнью. Гэвин подумал, что для тех, кто способен видеть зеленый цвет, все это наверняка выглядит еще более впечатляюще. Однако что-то в том, как Атират двигался, показалось Гэвину знакомым… «Ох, помилуй Орхолам! Лазутчики не ошиблись». — Дервани Маларгос, – произнес Гэвин. – Никогда бы не подумал, что увижу тебя в юбке. Я бы спросил, чем ты занимался с тех пор, как закончилась война, но, кажется, и сам догадываюсь. Из подмышки бога появился таракан, прополз по руке и исчез в какой-то щели посередине. — Симпатичный у тебя жучок. Главное, остерегайся термитов. Несмотря на легкомысленный тон, сердце Гэвина было тяжелее свинца. Когда-то они с Дервани Маларгосом сражались бок о бок – когда он был еще Дазеном, не Гэвином. Его мать перед смертью призналась, что подослала к Дервани убийцу. Как видно, подосланный солгал о том, что выполнил свою миссию. Помимо прочего, Дервани был отцом Тизис. Как ни крути, а у Дервани не было особых причин любить Гэвина, да и Дазена, по правде говоря, тоже. Дервани следовало убить, поскольку он знал настоящего Дазена. Он был с ним в битве у Расколотой Скалы вплоть до самого конца. Он мог видеть все, что там произошло. И если Фелия Гайл была права, он мог разоблачить… |