Книга Слепящий нож, страница 325 – Брент Уикс

— Я слышал, что выцветки используют хеллхаундов, – сказал Феркуди. – В Аташе.

— А я слышал, что Вечное пламя в Асляле два месяца подряд было синим! – отозвался Югертен.

Это был долговязый парень, занимавший невысокую позицию. На него мало кто обращал внимание.

— Кто угодно может заставить огонь гореть синим цветом! – отмахнулся Феркуди. – Я говорю о хеллхаундах!

Стажеры всем классом направлялись на еще одно испытание в реальной обстановке. Деталей они пока еще не знали. Кип, проспавший побудку, едва успел их догнать до того, как они добрались до действительно опасных кварталов.

— Это такие адские пылающие псы, сделанные из люксина? – с сомнением переспросила Тея.

Они двигались к Нагорному району. Улочки становились все теснее; Кип пытался проследить, кто наблюдает за ними из окружающих домов.

— Хеллхаунды – это миф, Ферк, – сказал Таннер.

— Мне о них рассказывал человек, который не стал бы лгать.

— Подумай сам, дубина, ты же извлекатель! – настаивал Таннер. – Как такое вообще возможно? Допустим, ты сделаешь из красного люксина статую собаки, но она ведь ничего не сможет делать, верно?

— Ну не знаю. Наверное, не сможет, – уступил Феркуди.

— Эти собаки не сделаны из люксина, – прервал их спор тихий голос. – Но они действительно существуют.

Это был инструктор Фиск. Парни притихли, переглядываясь друг с дружкой.

— Выцветки пропитывают красным люксином собачьи шкуры – шерсть и кожу. Они это делают для практики, прежде чем проделать то же самое с собой. Это очень жестокая вещь, и еще хуже, когда люксин поджигают. Но я видел этих тварей своими глазами. Командующий Железный Кулак на моих глазах прикончил одну из них, когда мы вычищали выцветков после войны Ложного Призмы.

Почтение, которое они питали к командующему, после этого сообщения поднялось еще на несколько пунктов, превратившись в открытое преклонение.

— Но если собаку вот так поджечь, разве она не может наброситься на тех, кто это сделал, вместо их врагов? – спросил Кип. – Мне кажется, она просто обезумеет и начнет кидаться на всех подряд.

Инструктор Фиск сплюнул.

— Проклятье, Молот! Я так и знал, что это будешь ты!

— Что? – переспросил Кип, который до сих пор не привык к своему новому прозвищу.

Инструктор не ответил. Они вышли на небольшую площадь и миновали нескольких грязных торговцев, глядевших с откровенной враждебностью. Вокруг были тирейские кварталы, но даже в Кипе эти люди видели не тирейца, а лишь очередного гвардейского щенка. Когда они пересекли площадь и оказались на следующей улице, инструктор Фиск продолжил:

— В цветоизвлечении есть такие аспекты, о которых мы мало говорим с новичками, поскольку потери среди вас и так слишком велики, а после таких разговоров каждый начинает думать, что уж он-то точно особенный, и пробует делать то, что мы не рекомендуем пробовать. Однако вам предстоит стать воинами, и, возможно, скорее, чем нам бы хотелось, так что вы имеете право знать, что вас ждет впереди.

Если до этого чье-то внимание было обращено на что-либо другое, теперь все взгляды обратились к нему. Стажеры собрались вокруг, ловя каждое его слово.

— Молот прав: если просто поджечь собаку, она обезумеет. Но магия – это прежде всего воля. Вы уже знаете, что мы используем волю для всего, что делаем, и что воля может покрыть наши ошибки, если длины волн не до конца совпадают. Есть множество теорий касательно того, как это на самом деле работает, но, говоря в общем, цветомаг может пропитывать работу собственной волей.