Книга Слепящий нож, страница 195 – Брент Уикс

— Если хотя бы у одной карты не будет меток, я объявлю недействительной всю колоду, и в таком случае ты будешь считаться проигравшим. Это понятно?

— Понятно.

— Я гадал, сколько времени тебе понадобится, прежде чем ты наконец-то сделаешь собственную колоду, – сказал Андросс. – Ты соображаешь медленнее, чем я ожидал.

— Угу, – отозвался Кип.

Оскорбление сейчас не значило для него ничего, учитывая, что в то же самое время Андросс признал за ним более значительную победу, позволив пользоваться своей колодой.

— Я начинаю? – спросил Кип, надеясь, что старик захочет взять первый ход себе из чувства противоречия.

— Милости прошу, – отозвался Андросс со снисходительной улыбкой.

Итак, Кипу выпало определить место, и он выбрал играть на открытом воздухе. Снаружи труднее контролировать свет, чем в помещении, что обычно дает некоторое преимущество в игре против красных. В доме, как правило, источниками света являются факелы, свечи или огонь камина – открытое пламя, из которого легко извлекать желтый, красный и под-красный. Соответственно, зеленым и синим извлекателям в таких условиях труднее найти источники для своей магии.

Однако то, что Кипу достался первый ход, означало, что Андросс сможет вытянуть дополнительную карту.

Они быстро набросали окружающую местность. Изображения на картах предоставили им воображаемое местоположение под красными стенами замка. Трава, лес. Синее небо, разумеется. Это были их источники. Черпать из них мог каждый из игроков, однако Кип находился со стороны леса, так что мог извлекать оттуда с большей скоростью, быстрее снабжая энергией свою зеленую магию, в то время как для Андросса, стоявшего под красной стеной, было верно обратное.

Теперь, когда Кип был уже знаком с правилами, Андросс играл быстрый вариант игры. У каждого из них были крошечные песочные часы, отмерявшие по пять секунд. Лишенный возможности видеть, когда все песчинки пересыплются в нижнюю чашу, люкслорд заказал для себя модели фантастически тонкой работы, звонившие в колокольчик, когда у игрока заканчивалось время. Тот, кто не успевал походить в течение своих пяти секунд, терял ход. Как Андросс любил говорить, в реальной схватке извлекатели действуют одновременно, поэтому каждый должен извлекать как можно быстрее, принимая решения на лету и допуская возможность ошибки.

Слепота Андросса предоставляла Кипу огромное преимущество: он мог видеть карту противника сразу же, как только тот ее переворачивал, в то время как Андросс был вынужден тянуться через стол и ощупывать ее. Кип каждый раз клал карту на одно и то же место, чтобы как можно больше сгладить это препятствие, однако оно все равно давало ему по меньшей мере одну лишнюю секунду за каждый ход. Вдобавок Андроссу приходилось держать в памяти игровое поле и все, что на нем находится.

В общепринятом варианте игры ходы делались не спеша, ни о каких часах и речи не было; но Андросс презирал такой подход, говоря, что он ничему не учит. Жизнь, смерть и цветоизвлечение – дело мгновенное, так он говорил. Песок нашей жизни постоянно сыплется, и всегда слишком быстро.

— Грозное имя, – заметил Андросс.

Для первых ходов обычно не требовалось большой концентрации, так что можно было себе позволить беседу.

— Какое? – переспросил Кип, пытаясь решить, потратить ли свой ход на то, чтобы установить на поле новые цвета, или чтобы надеть очки.