Книга Орден Разбитого глаза, страница 145 – Брент Уикс

На «Шальной кляче» наступила внезапная тишина. Дым понемногу рассеивался от сквозняка, задувавшего через отверстия для весел и две большие пробоины от пушечных ядер. Рабы поднимались с пола, оценивая нанесенные повреждения, в то время как с соседнего корабля в нескольких шагах от них продолжали доноситься боевые вопли и мольбы о пощаде.

Юнга лежал посередине центрального прохода, то ли мертвый, то ли без сознания на полпути к смерти. Парнишка был некрасив и не обладал никакими особенными достоинствами, но все же он не заслуживал такой участи. Трап, ведущий на верхнюю палубу, был полуразрушен. Половина ряда гребцов была сметена пушечным выстрелом, палуба на задних рядах была скользкой от крови.

Прежде чем Гэвин успел закончить свой осмотр, какой-то человек, свесившись с абордажной сети, запрыгнул внутрь через отверстие, проделанное пушкой, и пошатнулся, на мгновение потеряв равновесие. Любой из находившихся рядом рабов мог бы вышвырнуть его в море, но все были скованы неожиданностью.

Человек этот был светлокожим и светловолосым, в богатой одежде. Гэвин не опознал в нем никого из моряков «Клячи», и хуже того: похоже, его не знал также никто из других рабов. Он не был членом команды!

В руке он держал меч.

— Я не причиню вам вреда, – сказал он. – Если вы согласитесь грести туда, куда я скажу, я дам вам свободу.

Подождав, пока все осознают сказанное, он продолжил:

— Я освобожу вас прямо сейчас, если вы поможете мне сбросить абордажную сеть. Но нам нужно поторопиться!

Услышав его голос, Гэвин сразу же понял, кто он такой. Этот юноша мог быть только Антониусом Маларгосом, кузеном Тизис Маларгос, которая ненадолго стала Зеленой, пока Гэвин ее не низложил, и племянником Дервани Маларгоса, ненадолго ставшего богом, пока Гэвин его не убил.

— Ну, кто со мной? – спросил Антониус.

Один из рабов поднял закованную в кандалы руку. Бледную кожу Антониуса залило красное сияние. Заполнив замок цепи красным люксином, юноша поджег его и выжег замок. Запястье раба тоже оказалось обожжено – но он был свободен.

— Быстрее! У нас всего несколько минут, – поторопил Антониус. – Большинство пиратов на том корабле. Мы перебьем оставшихся, перережем сети и оттолкнемся. Клянусь именем Орхолама, я освобожу вас всех!

План был достойный, хотя и отчаянный: на второй галере с их стороны не осталось ни одного целого весла. Если Антониусу удастся захватить «Клячу» и сбросить абордажную сеть, у него будет неплохой шанс. Главное – отойти на десяток шагов, после этого он, вероятно, сможет добраться и до ближайшего порта.

«Но он Маларгос. У него нет причин доставлять меня домой живым. Будь я на его месте, едва ли я бы так поступил, если бы мне в руки попал смертельный враг моей семьи…»

Сердце Гэвина сжалось от отчаяния.

Он увидел Леонуса, которого швырнуло между двумя скамьями: тот с трудом поднимался на четвереньки. Из раны на его черепе хлестала кровь. Скорее всего, ранение было не таким уж опасным: повреждения скальпа всегда обильно кровоточат. Тем не менее надсмотрщика явно покачивало. «Может быть, предупредить Антониуса?»

Раб, сидевший позади Гэвина, поднял вверх скованные руки. Облегченно вздохнув от того, что еще один раб принял его предложение, Антониус двинулся к нему. Его взгляд упал на Гэвина – и скользнул дальше.