Книга Вечное море, страница 64 – Го Цзинмин

Инь Чэнь взмахнул руками. Все остальные клинки, словно живые, очертив в воздухе причудливую дугу, миновали сверкающие золотые пятна – пространственные магические круги Третьего князя, которые моментально переместили поглощенные орудия первой волны в неизвестное место.

Мечи загудели, словно рой ядовитых пчел, и понеслись к князьям и апостолам. Тэрэя усмехнулась, глаза ее залил белый свет. Береговые рифы резко разорвало – с треском из земли вырвались бесчисленные полосы белого шелка, укрыв всех внутри мягкого кольца.

В воздухе расцвели плотные круги золотой ряби – пространственные искажения, вызываемые бесчисленными вонзающимися в Подол богини клинками. Орудия неистово кружили вокруг щита, яростно снуя туда-сюда, однако внутри его границ было спокойно, словно на морском дне. Лезвия без остановки входили и выходили из шелковой материи, но никак не могли пробиться в пространство внутри Подола богини.

Вдруг раздался звон. Словно стая мертвых птиц, все оружие упало на камни.

Тэрэя убрала Подол богини, и взгляды присутствующих устремились к морю: на бескрайних морских просторах от Гуйшань Ляньцюань и Инь Чэня не осталось ни следа.

— Что произошло? – спросил Ци Ла, посмотрев на Четвертого князя.

— Среди выпущенных Инь Чэнем лезвий находилось два клинка, способных вмещать в себе голос, – их называют Клинками-вестниками. Они передали его послание Гуйшань Ляньцюань.

— Что он сказал?

— «Не двигайся», а затем «Верь мне»

Ветер обдувал бледное лицо Тэрэи.

Взгляд Ци Ла напоминал зимнее утро – такой же колючий и пробирающий холодом. Заметив дрожащие губы Четвертого князя, он не удержался от еще одного вопроса:

— Почему тебя тревожат его слова? Даже если Инь Чэнь решил встать на сторону Гуйшань Ляньцюань, чего бояться с твоей силой тебе?

— Меня испугали вовсе не те слова, что Гуйшань Ляньцюань сказал Инь Чэнь… – Во взгляде Тэрэи бушевала безграничная злоба и ненависть, однако за ними виделся бесконечный ужас, который скрыть было невозможно. – Меня пугает то, что она ответила ему, пока мы укрывались от атаки его мечей. – Тэрэя подняла глаза и, смотря на Ци Ла, произнесла, выделяя каждое слово: – Она сказала: «Пойдем со мной, я отведу тебя к Гильгамешу».

* * *

Ледяная ночь наконец-то подошла к концу, на горизонте между безбрежными небом и морем постепенно собирались лучи утренней зари, и яркая дымка света красочным рукавом девичьего платья расползлась по воде.

Всю играющую бликами поверхность моря заливало алое сияние зари, отчего то походило на пылающий огнем океан.

В это мгновение играющий красный свет озарял юные, нежные лица Ци Лина и Юхуа. Они лежали ничком на мохнатой спине размахивающего в полете крыльями Снежного Клыка и с растерянными, печальными лицами смотрели на воду под ними, словно два брошенных ребенка, они вглядывались в бескрайние просторы, не имея понятия – что же им делать дальше?

Вокруг летали остатки духовных зверей – несколькими часами ранее мятежное звериное полчище, вслед за смертью Гуйшань Фэнхуня и исчезновением Гуйшань Ляньцюань, стало постепенно просыпаться от яростного дурмана, и с ног до головы умытые кровью всевозможные морские львы, моржи, меч-рыбы, морские ангелы, змеи, угри… один за другим вновь начали погружаться в темные морские глубины. Оставшееся малое количество все еще не до конца отделавшихся от гипноза зверей по одиночке сновали на широких просторах, издавая скорбные стоны. Утренние лучи падали на их усыпанные ранами тела, лишь оттеняя кровоточащие ранения особенно четко.