Книга Вечное море, страница 127 – Го Цзинмин

Неожиданно из воды выпрыгнула рыба, и по гладкой, словно зеркало, поверхности разошлась рябь, в это мгновение даже тихий звук брызг прозвучал громко.

Гильгамеш сощурил глаза, в их длинных, узких разрезах замерцал золотистый свет, мягкий взгляд спрятали густые ресницы:

— Что случилось, Ци Ла?

Выражение на лице Третьего князя казалось каким-то неестественным, он по-прежнему с тяжелым видом молчал. Прошло какое-то время, прежде чем он тихо и осторожно, словно пытаясь подобрать верные слова, заговорил:

— Разбушевались духовные звери.

— За последние годы звери восставали нередко, что обеспокоило тебя настолько, чтобы обратиться ко мне? Для усмирения зверей тебе бы стоило найти Илану, с ее даром любой неистовый зверь становится кротким котенком, разве нет? – Гильгамеш спокойно наблюдал за Ци Ла в ожидании ответа. Он понимал, что дело точно заключалось не просто в очередном восстании духовных зверей.

— В этот раз все по-другому… – Ци Ла на мгновение замолчал. – В этот раз восстание случилось в глубинах Северного Леса, пробудился один из четырех великих зверей древности – Милосердие.

Гильгамеш, продолжая смотреть на Ци Ла, не произнес ни слова, его царственно отчужденное лицо по-прежнему сохраняло грациозную улыбку. Он молча смотрел в глаза Третьего князя, его взгляд, совершенно неподвижный, словно хотел разгадать в глазах Ци Ла некую тайну.

Тот повернул голову, отведя взгляд на просторную озерную гладь, слегка нахмурил брови и, подняв руку, тихо опустил ее на собственные ребра, словно на ноющую рану.

Во взгляде Гильгамеша резко собрались золотистые нити, и глаза моментально сжались в узкие щели.

Пространство вокруг неожиданно заполнило пронзительное гудение.

Казалось, их двоих изолировала невидимая стеклянная стена.

Губы Гильгамеша дрогнули, словно он что-то говорил, однако не было слышно ни звука.

Ци Ла повернул голову и, осмотревшись по сторонам, направился к Первому князю.

Четыре года назад. Западная империя Асланд, Коридор Бездны, Северный Лес

Бескрайняя метель окутывала весь мир первозданным хаосом, вздымающиеся повсюду огромные секвойи образовывали безбрежное снежное море деревьев. Кроны, все как одна увешанные тяжелым снегом, напоминали бесчисленных, закутавшихся в шкуры снежных лисиц ведьм, которые мрачно стояли посреди темнеющего дня и свысока взирали на приближающихся путников.

На земле резко появилось два вращающихся золотистых круга, некая сила словно послала по воздуху невидимую рябь. На кругах, обретая форму, закружились бесчисленные черные и золотые частички. Трескучий воздух неожиданно наполнился теплым древесным ароматом с примесью едва уловимого, пронзительно холодного, цветочного благоухания.

Гильгамеш стоял посреди снежных земель, держа в руке сверкающую кристальную чашу, выражение на его лице было расслабленным и умиротворенным, а в чаше слегка покачивалось красное вино, испуская в морозный воздух пьянящий аромат.

— Было бы замечательно, будь у тебя чуточку больше духовной силы. Возможно, удалось бы создать врата на сотню лет в будущее, и мое вино обрело бы еще более достойный вкус, – сам себе пробормотал Гильгамеш, а затем запрокинул голову и одним глотком выпил остатки вина. – Впрочем, жаль, что и это не удалось посмаковать вдоволь, но что поделать, иначе оно обратилось бы в лед.