Книга Служебно-разыскной оборотень, страница 48 – Анастасия Деева

— Я тебе в лучшем случае только дверь открою. Иди и гуляй сколько хочешь.

— Вот так, да?

Марте стало грустно. Глафира Валерьевна, быть может, и была хорошим психологом по части людей, но она совершенно не понимала потребность оборотня-собаки. Для Марты прогулка вместе с человеком была важной частью жизни. Федот Максимович даже в свои сто двадцать пять мужественно выходил на улицу два раза в день — утром и вечером. Они просто гуляли и разговаривали. Это было счастье.

С тех пор, как дедушки не стало, собака внутри Марты не находила себе места, считала себя брошенной, никому не нужной, покинутой и бездомной.

Если Золотаева, как человек, ещё справлялась с этой напастью, то вторая сторона её личности отчаянно искала того, кто вернёт надежду.

Со звериной тоской, подавленностью и растерянностью было справиться сложнее. Как всякая потерявшая хозяина собака, Марта пыталась заглянуть в глаза любому человеку в поле своего зрения. Она хотела быть понятой. Но и Савушкину, и Азаровой даже в голову бы не пришло, что боль утраты у оборотня — двойная. Следовательно, переживается совершенно по-разному.

Марта прошла в маленькую спальню, оставила там рюкзачок с вещами.

Со стороны прихожей донёсся голос напарницы.

— Кстати, Марта Максимовна, во сколько у нас встреча с местными волшебниками?

— В восемь. Недалеко от фонтана есть кафе, где встречаются местные, посвященные в Магическую Тайну.

— Тогда мы должны идти. Кстати, ты не видела, где мой шёлковый шарфик? Никак не могу его найти. Неужели я потеряла его, когда шла из машины в дом? — Глафира Валерьевна перерывала вещи, раз за разом обходя небольшую квартиру.

— Когда ты шла из машины, он точно был на твоей шее в завязанном состоянии.

— Его нигде нет. Ты своим собачьим обонянием не можешь помочь? — донеслось из коридора.

— Нет. Запахи я различаю не лучше человека, такова моя особенность.

— Ничего не понимаю, — Глафира Валерьевна на третий раз обходила комнату. Мебели было не много, всё было идеально прибрано, но куда делся платок, было не ясно.

Глафира Валерьевна, нервничала, психовала, перетрясала те немногие вещи, с которыми она приехала, но её платок как сквозь землю провалился.

— Думаешь, тут, в квартире, есть барабашка? — внезапно спросила она Марту.

— Дом старый, квартира пустует большую часть года. Думаю, домовой дух мог избрать её местом обитания.

Марта вспомнила, что почувствовала присутствие кого-то постороннего в квартире. Это было неуловимое ощущение чего-то живого и не живого. Именно такой способностью обладают устойчивые духи местности.

— Я — не из Ведающих. Не понимаю их, — бурчала старший лейтенант. — Чем я не угодила барабашке? Кто они вообще такие? Они же должны в частном секторе жить.

— Барабашки — особая категория духов человеческого жилья, тесно связанные с проявлениями домового полтергейста. Они возникли с появлением многоквартирных домов еще до революции, но само название за ними закрепилось исключительно в советский период. Если платок переместился по квартире на значительное расстояние, возможно мы имеем дело с полтергейстом, а не с обычным домовым. Но это — не факт.

— Так. Испариться платок не мог, а спрятать его тут негде… Учти, я без платка ни на какую встречу не пойду. На улице холодно! Я не хочу застудить шею! — едва заметные молнии засверкали в глазах волшебницы. — Ты у нас ритуалист, ты и справляйся с ним!