Книга Вероломный бог, страница 85 – Кэмерон Джонстон

Мы прошли сквозь Нищенские ворота и направились к порту. К счастью, Чарра неплохо знала стражей и достаточно заплатила за то, чтобы мы вошли и вышли без шума и не побеспокоили нюхача. Если Арканум узнает о нашей маленькой договоренности, всех ее участников сожгут заживо.

Едва мы оказались вне поля зрения стражи, Чарра потеряла самообладание и начала хихикать.

— Не могу поверить, что ты повелся на это.

Я не сразу нашел что ответить и поглядел на свое платье.

— Ах ты, мелкая сучка, – сказал я, стараясь не повышать голос. – Только не говори, что мне можно было это не надевать.

Она сглотнула и, успокаиваясь, вздохнула поглубже, прижав руку к груди.

— Нет, на самом деле причина была достаточно веская.

— Чтобы тебя развлечь? Это не считается, – притворно проворчал я.

— В этом мире сейчас столько тьмы, Бродяга. Нужно наслаждаться краткими светлыми моментами, что нам выпадают. Слишком скоро они все угаснут.

Я закатил глаза и сейчас же опустил голову, чтобы снова спрятаться за волосами. На мгновение я как будто вернулся в старые времена, когда Чарра меня поддразнивала. Я носил колючее платье еще добрых полчаса, пока не нашел укромный угол, чтобы снять его. Да, она права, в нашей жизни теперь мало света и радости. Вряд ли мне предстоит долго жить, раз уж вернулся домой в нарушение старой сделки. Так зачем мешать Чарре сохранить последние добрые воспоминания обо мне? И вообще, если не смеяться, то утонешь во тьме. Чарра это хорошо знала, что для меня было еще одним поводом нежно любить ее.

Нищенские доки находились вне зоны влияния Чарры, в глубине территорий алхимических синдикатов, и обычно она старалась туда не соваться. Пусть она не встречалась с ними лицом к лицу, но по странной случайности все торговцы алхимией, забредавшие на ее улицы, в лучшем случае оставались с переломанными ногами. Это делало несколько проблематичным поиск желающих разговаривать с нами, но мои монеты развязывали языки. Оказалось, что Корабельщик залег на дно после недавнего нападения, и о том, где он, местные знали мало. Люди больше интересовались сплетнями про китобойные суда и про сгинувшие в море рыбацкие лодки.

Нам потребовалось несколько часов и целое состояние, чтобы наконец добыть имя и описание нужного человека, который мог ответить на наши вопросы, – бывшей эсбанской пиратки Аконии, занимавшейся незаконной перегонкой рома в Доках. Мы нашли ее в одной из десятков мелких забегаловок, которыми изобиловал район порта, все они были сложены из плавника и прочих обломков.

Чарра откинула служивший дверью кусок просмоленной парусины, и мы скользнули внутрь, в вонь табачного дыма и сладкого рома. Молодой оборванец-жонглер лихорадочно подбрасывал в воздух мячики, и они отскакивали от его лица под смех около десятка посетителей, устроившихся на бочонках и ящиках. Нам сказали, что Акония средних лет, сурового вида, с длинными, стянутыми в хвост черными волосами и смуглой, испещренной шрамами кожей, обветренной за десятилетия воздействия соли и солнца. Кроме этого, у подходившей под описание женщины за поясом было примечательно увесистое мачете. Судя по отметинам, оно активно использовалось. Женщина сидела, прислонившись к стене, закинув ноги в высоких черных сапогах на единственный стол, и посмеивалась над стараниями жонглера. Она заметила нашу заинтересованность и смерила нас взглядом в ответ. Я демонстративно потер грудь – ткань рубахи топорщилась вокруг спрятанного мешочка с деньгами. Это привлекло внимание Аконии.