Книга Вероломный бог, страница 170 – Кэмерон Джонстон

Потрясенный Мартен впал в отчаяние. Он больше не желал сражаться со мной и даже не пытался снова заблокировать мой Дар. Мы упали на землю у ног боевой машины, в безмолвном страхе ожидая грядущих ужасов.

Все это действовало на нервы. Тянулись минуты, но титан не подавал признаков жизни. Некоторое время мы ждали в напряженной тишине, а потом переглянулись и пожали плечами.

— И что теперь? – спросил Мартен, обняв девушку-санктора за плечи. – Мне так жаль, Бреда.

Ее трясло от рыданий.

Я нервно сглотнул:

— Думаю, теперь все придется делать нам.

— О боги! Мы обречены. – Я всецело разделял эту мысль. Он откашлялся, глядя себе под ноги. – Мне как-то не по себе.

— Что, от попытки меня убить?

Чарра переместилась ему за спину, положив руку на меч. Лайла с безразличным видом проверяла лезвие ножа.

— Да. – По крайней мере, он не был лицемером и не пытался придумать красивые слова. – Архимаг сказал, что, возможно, ради общего блага необходима жертва. Каким бы ты ни был мерзавцем, ты все-таки спас нас в Костнице. Приношу свои извинения.

— Они и ломаного гроша не стоят, – ответил я. – Мы оба знаем, что ты сделал бы это снова, и глазом не моргнув. Засунь эти извинения себе в задницу.

— Ладно, я вижу, что тебе невозможно ничего объяснить. Упорствовать не буду.

— Ну наконец-то хоть какие-то хорошие новости! – с издевательской улыбкой сказал я. И тут что-то почуял, какую-то вибрацию в воздухе. – Тсс! Вы слышали?

— Это исходит от Похоти? – нахмурился он.

Приглушенные завывания, доносящиеся из нутра титана, переросли в громогласные вопли едва сдерживаемой силы.

— Может, нам лучше уйти? – сказал Мартен, уставившись на титана.

А мы с Чаррой и Лайлой уже пустились в бегство.

Вокруг Похоти переливалась жаркая дымка. С шипением пара и лязгом металла титан поднялся, нависнув над домами. Но, как ни велика была боевая машина, по сравнению с несущейся к нам горой плоти и костей она выглядела карликом. Не дрогнув, титан вырвал свой массивный меч из земли и задумчиво шагнул в сторону Магаш-Моры, сначала осторожно, нащупывая равновесие, и каждый его шаг был словно маленьким землетрясением. Он набрал скорость и понесся прямо к цели, расплющивая под ногами телеги, людей и здания.

Волны боли от разума Линаса грозили ввергнуть меня в безумие, даже когда не отвлекали ужасы битвы. Больше всего на свете мне хотелось выцарапать себе глаза, чтобы добраться до источника боли в голове и вырвать его. Я думал, что уже смирился с ней, но ошибся. Однако, слившись с трепетом магии, эти ощущения превратились в извращенную смесь удовольствия и муки, оказавшуюся вполне терпимой. Пока что.

Мы пошли по следу разрушений, оставленных титаном. Если бы убийство этой мерзкой твари не было единственным способом облегчить боль, единственным способом дать Линасу покой, я посмеялся бы над собой. Я веду себя как герой? Ха-ха! Даже если герой из меня никудышный, это все равно смешно. В конце концов все свелось к простой первозданной истине: дерись или беги, а за десять лет я уже сыт беготней по горло.

Мартен переместился ближе ко мне. Я злобно зыркнул на него, взмахнув Расчленителем. Мартен меня понял. Выглядел он растерянным и до смерти напуганным.

— И что дальше? – безжизненным тоном спросил он.

— Пусть Похоть надерет твари задницу, а если понадобится, мы заберемся туда и вырежем ей сердце.