Книга Вероломный бог, страница 138 – Кэмерон Джонстон

Открыв рот от изумления, докер переводил взгляд с корабля на Киллиан и обратно. Он сдавленно охнул, покраснел и выдавил:

— Прошу прощения, маг. Я не хотел вас оскорбить.

— Я и не обиделась, добрый человек, – ответила она, покосившись на меня. – Любая жизнь драгоценна, верно? Мой долг – помогать вам всеми силами.

Он закивал и поспешил прочь, но чтобы не выглядело так, будто удирает. Все вокруг нас одновременно решили, что глазеть на растерзанного мага опасно для здоровья, и принялись снова таскать воду к пожару.

— Отличная фраза, – сказал я. – Ты и правда так думаешь?

Она сосредоточенно нахмурилась, обрушивая воду на второй корабль, который уже сильно накренился, а огонь пожирал его правый борт.

— Я же не чудовище какое-то, что бы ты ни думал. Ради Сетариса и Арканума сделаю все, что могу. Но согласна с тобой, меня растили в привилегированном окружении, могу что-то упустить из вида. Я всего лишь человек, не спеши меня судить, придурок.

Я хмыкнул:

— Отлично сказано. Ладно, увидимся позже.

Ее сосредоточенность почти дрогнула, но такого сильного мага не настолько просто выбить из равновесия. Она прищурилась и поджала губы от гнева и направленных магических усилий.

— Ты пойдешь со мной, Эдрин. А если попытаешься сбежать, то пожалеешь об этом.

Я мотнул головой в сторону кораблей:

— Люди застряли там, и ты их единственная надежда. Сколько человек погибнет, если ты решишь меня остановить? Уж я-то не облегчу тебе задачу, – сказал я с кривой ухмылкой. – Не пытайся перещеголять меня в гнусности, Киллиан. Я всегда окажусь победителем. Я найду Харальта и убью его. Нет нужды его проверять.

От напряжения, которое испытывали и тело и Дар, болела голова. Запертый в ней секрет постоянно присутствовал в мыслях, но сила, не выпускавшая его наружу, наконец-то поддалась. Я чувствовал себя, как наполненный гноем нарыв, готовый вот-вот лопнуть. При одной только мысли о том, чтобы вновь оживить эти воспоминания, я обливался холодным потом, но ведь они были и ключом к победе над вероломным богом, помогавшим Харальту.

Киллиан медленно покачала головой:

— Нет, даже ты не обречешь невинных на смерть. Иначе будешь ничем не лучше всех этих безжалостных привилегированных придурков, которых так любишь поносить.

Я заглянул ей в глаза. После возвращения я уже убил одного невинного.

— Ну, я куда хуже, чем ты думаешь.

Я и правда так считал. Она понятия не имела, какие мерзкие, грязные и жестокие поступки мне пришлось совершать все эти годы, чтобы выжить, богатеи даже вообразить не могут подобную жизнь. Я повернулся к ней спиной и с беззаботной уверенностью пошел к городу. По правде говоря, я чуть не обделался, гадая, не остановит ли она кровь в моих жилах, а может, даже разорвет какой-нибудь не особо важный орган, который мне очень не хочется потерять. Но она этого не сделала, а лишь выругалась и сосредоточилась на спасении людей. Она в самом деле поверила, что я способен на любую мерзость.

Я не стал копаться в себе, пытаясь разобраться, что сделал бы, если бы она попыталась меня остановить. Подозреваю, нам обоим не очень-то хотелось знать ответ.

Неподалеку бешено зазвонил колокол. Стражи на стенах поспешно натягивали луки, со страхом глядя на море. Я проследил за их взглядами. Горизонт усеивали сотни квадратных парусов с символами многочисленных племен Скаллгрима. Я облизал губы, по спине пробежал холодок страха: я вспомнил, как такие же волчьи корабли напустили на Железный порт демонов и устроили кровавую резню. Конечно, Харальт вступил в союз с этими дикарями. Он никогда не отличался ни сочувствием, ни милосердием.