Книга Вероломный бог, страница 127 – Кэмерон Джонстон

Я не собирался оставлять последнее слово за ней, и уже открыл рот, приготовившись спорить, но Киллиан, которой все это надоело, щелкнула пальцами. Стражи поволокли меня дальше. Я дрожал и пытался открыть Дар, однако за мной шел санктор, совсем близко, но на достаточном расстоянии, чтобы не задеть других магов.

— Возьми себя в руки, Эдрин, – сказала Киллиан. – Если ты рассказал мне правду, тебе не о чем беспокоиться.

— Ну, об этом, может быть, и не стоит, – подал голос Мартен у меня за спиной. – А за другие преступления ему все же придется ответить.

Я представил самодовольную рожу этого слизняка.

— Дайте мне одно проклятое мгновение, – сказал я. – Ни одному из вас не понять, через что мне пришлось здесь пройти. Сегодня день Самарфайна, и мы должны остановить кровавое колдовство.

— Нет времени, – сказала Киллиан. – Вперед, Эвангелина.

Я упирался, но тщетно. Эва двигалась впереди с кристаллом-светильником в руке и тяжелым ножом в другой. Туннель перед нами был залит ярким ровным светом. Лицо Эвы в этом свете выглядело демонически из-за игры теней и злости. Она умело орудовала клинком и не была книжным червем. Вероятно, она боец, идеально владеющий магией тела. И неудивительно, что она едва не сломала мне руку. Если бы разозлилась всерьез, могла оторвать ее и забить меня насмерть.

— Если не желает идти, свяжите его и тащите как мешок с зерном, – сказала Киллиан.

Я почти уже не надеялся на побег и не мог ничего поделать с черной пеной ужаса, просачивающейся в сознание. И в придачу свет фонарей как будто тускнел. А потом в слабеющем рассудке вдруг возникла кроваво-красная искра. Вспыхнул гнев, а с ним и боль в ноге – Расчленитель и его уже знакомый порыв нечеловеческой ярости.

Голова рывком повернулась, и я ухмыльнулся стражам. Они вздрогнули. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не позволить себе разорвать им глотки зубами и наполнить их кровью рот. Я с трудом подавил жажду крови.

— Справлюсь сам, – рявкнул я и опять пошел на своих двоих. – И давайте с этим покончим.

Глядя на случившуюся со мной перемену, Шадея прищурилась. Видимо, ее до смерти раздражало, что она не может понять причину. Когда я стану ей не нужен, это будет моей проблемой. Наплевать – вряд ли я долго протяну.

Следуя моим указаниям, они спустились к тому месту, где в детстве я оказался в ловушке и едва не сошел с ума. Мы вошли в комнату, и Шадея застыла, глядя на черный каменный потолок, уходящий вверх, в темноту. По ее лицу промелькнуло что-то похожее на изумление, а вслед за ним гнев, и, мне кажется, я уловил, как она произнесла имя Византа. Она погнала нас дальше.

Спустя некоторое время она приказала нам остановиться у камнепада.

— Я чувствую там извращенное кровавое колдовство.

Она махнула рукой, камни задрожали и расступились подобно воде, открыв знакомую большую пещеру со стенами, испещренными свежими шрамами от огня и раскаленного камня.

Пироманты выпустили в воздух искрящиеся шары, те полетели над залом, и посередине разверзлась огромная пустая яма. Вместо озера крови и мясистой мерзости там осталось теперь лишь немного черной воды и окровавленная губа с запекшейся коркой. Вся дальняя стена превратилась в груду осколков костей и щебня – в ней пробили дыру, чтобы вытащить тварь из озера, а потом опять замуровали. Хотя санктор и заблокировал мой Дар, я ощущал кожей покалывание миазмов грязной магии. Может, в этом случае присутствие санктора мне на пользу.