Онлайн книга «Эобара»
|
В одном из миров их назвали хоритами и это имя быстро…. 4. Хорита! – Леонид вскочил как ужаленный. Точнее попытался вскочить, но безуспешно. Сон всё также продолжался, голос всё рассказывал и рассказывал, с каждой секундой становясь всё более нечётким и непонятным. Леонид не просыпался, а продолжал находится где-то между сном и явью, между комнатой с бордовыми стенами и комнатой с жёлтыми обоями. Он вспомнил всё – начиная от разговора с «Изматуллиным», заканчивая своим бредовым поведением на лоджии. Да, мысль Человека-без-лица – обращать внимания на странности, безусловно, была правильной, однако, совершенно бесполезной с учётом того, что хорита в считанные секунды после того, как Леонид рухнул на пол реанимации, сумел «подцепить» его разум… Проклятье! - содрогнулся Леонид. Ему вспомнился разговор с Василием Михайловичем, дорога домой, попытки кидаться бутылкой – все те безумия, которые творил его мозг, фактически уже тогда попавший под влияние хориты. На мгновение ему стало нестерпимо стыдно, за то, как он вёл себя с заведующим отделения и медсестрой, какую чушь нёс его взбунтовавшийся, подчинённый чужаку разум, какой бред он… хватит! Если останется в живых – извинится. Пятак! - холодная волна прокатилась по спине. Он швырнул пятак в лоджию… а серебряный нож оставил в халате – в сумке, а та в прихожей… если хорита уже здесь… Проснись! Проснись немедленно! – заорал сам на себя Леонид, но бесполезно. Голос всё вещал и вещал, теперь уже на каком-то щёлкающем, одновременно отвратительным и при этом завораживающем наречии. Леонида вновь потянуло в дрёму. Нет! Не смей! Без сладкого оставлю! – в последний момент остановил себя Леонид. Он вновь был где-то посреди между сном и бодрствованием. А голос всё вещал и вещал, вновь унося сознание в смертельную дымку… Рубец! Он же чесался перед сном. А скорее даже не чесался, а болел, просто ты этого уже не мог понять! –Леонид сосредоточился, пытаясь вспомнить это ощущения, почувствовать безобразный рубец на невидимой шее. В первые секунду ничего не получалось, а голос вновь набрал сил, стал громче… И тут, когда Леонид уже практически сдался, он почувствовал слабое почёсывание в области шеи. И тут же голос стал тише. Давай же! Рубец, выручай меня, - он полностью сосредоточился на пойманном ощущении. Давай, работай! Обещаю никогда больше не скрывать тебя под свитерами с высоким горлом, только помоги мне проснутся! Зазудело сильнее. Голос всё так же говорящий где-то на грани сознания уже был практически не слышен. Ну, - Леонид возобновил свои попытки: - Хочешь, рубец, я куплю тебе самый дорогой французский крем? Или схожу на СПА-процедуру? Видишь, на какие жертвы я готов пойти? Появилась боль, пока ещё не сильная, но нарастающая с каждой секундой. А также внезапно Леониду стало смешно: ему угрожает смертоносный враг, возможно уже даже вонзивший свой хоботок в его тело и пьющий кровь, а он тут уламывает свой ожог, словно девушку… Он рассмеялся сквозь слёзы, несмотря на ставшую практически нестерпимой боль и… проснулся. В сторону метнулась тёмная фигура. Это был Человек-Бабочка. Леонид успел в последний момент. Судя по всему, Человек-Бабочка медленно шел к кровати, направляясь к ней со стороны лоджии, на которой Леонид перед сном распахнул настежь все окна. Шёл, одновременно продолжая засасывать жертву всё глубже в наведённый сон. |