Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 195 – Елизавета Дворецкая

Нет, ведь она обещала: он придет к ней не по суше и не по воде. Неужели сегодня это невероятное условие исполнится?

Повернув голову, Хальвдан посмотрел на другое яблоко, золотое – венчавшее рукоять его меча. После выхода из могилы он сам начистил свою добычу – и клинок, и набор. Пес Хель был очень красив: с золоченым узорным яблоком и перекрестьем, с темным дубом на рукояти. Поначалу он казался Хальвдану тяжеловат – отец к дню своей смерти был куда мощнее, чем он сейчас, только достигший полного роста и едва начавший входить в настоящую силу. Но, ежедневно упражняясь, он попривык и управлялся с мечом ловко. Полюбил его, в доме всегда вешал над тем местом, где спал, в походе клал рядом с собой.

И не оставляло его чувство, что рядом с ним лежит живое существо. Женское. Из завитков узора на Хальвдана смотрел невидимый взгляд, он чувствовал себя под присмотром. Сокрытая Туманами наблюдала издали: не зря ли она позволила ему уйти, на самом ли деле он взращивает славу, чтобы стать более достойным украшением ее чертогов? Взгляд этот был холоден, не враждебен, но испытующ. Среди людей, за всякими делами Хальвдан часто забывал, что живет только потому, что Хель его отпустила, но, оставаясь наедине с мечом, чувствовал на себе прохладную тень неотвратимости.

Хальвдан сел, положил меч к себе на колени, погладил рукоять и черные ножны.

— Не сегодня, дорогая, ладно? – ласково шепнул он.

Через щель поднятого полога Хальвдан видел зеленую траву снаружи и лежащие на ней яркие лучи солнца. «Кольцо похолодело», – вспомнилось ему; он чувствовал, что еще совсем рано, но в эти дни солнце почти не покидает небосвода. День для битвы выдался таким погожим, что лучше подошел бы для свадьбы. Неужели в этот день сама Хель придет за ним, чтобы все же увести за собой? Не к этой невесте он стремился, совсем о другой думал каждый день даже вопреки своим желаниям.

За пологом шатра запел рог – мягко, поначалу негромко, почти ласково. Пришло время подниматься и готовится к битве. Хальвдан отложил меч и потянулся к своим башмакам. Когда принял свою судьбу, отступить уже нельзя.

Место для битвы выбирал Сигтрюгг, и, зная окрестности, постарался обеспечить себе преимущество. Долина, где он ждал Хальвдана Черного для решительной схватки, постепенно повышалась на север. Свое войско Сигтрюгг выстроил между подножием крутых гор и рекой Вермой. Поблизости она впадала в Раум, и они единым потоком устремлялись на юг, к морю. Здесь Сигтрюгг мог перекрыть войском все свободное пространство, а лучники, расположившись чуть выше по склону, чем воины первого и второго ряда, хорошо видели врага, что давало возможность удачно целиться.

Сам Сигтрюгг, стоя на высоком сером камне, наблюдал, как в южном конце долины появляется вражеское войско. Отсюда оно выглядело как черная змея, и сердце дрогнуло – уж слишком та змея была длиной и толстой. Словно змей Фафни из предания, чья слюна и дыхание ядовиты, ползет к пещере, чтобы лечь на свои сокровища. У Хальвдана много людей. Вот его войско вышло и рассыпалось, перестраиваясь для битвы.

Ветром донесло с той стороны звук боевого рога. Войско Хальвдана скорым шагом двинулось вперед. Проклятый Пес Хель не мешкал, и это тоже было хорошо. С высоты камня Сигтрюгг видел стяг в самой середине – не мог различить, но знал, что на синем поле вышит черный вепрь. Там же блестели на солнце шлемы, мелькали цветные одежды – конунга, как положено, окружали знатные люди. Но самого Хальвдана, его знаменитой шкуры вепря и черного шлема Сигтрюгг пока не видел, и это его беспокоило. Раз войско наступает, значит, конунг где-то там. Но где? Почему прячется? Не очень-то это похоже на то, чего Сигтрюгг ожидал от дерзкого юнца. Такие всегда лезут вперед, красуются, не считаясь с опасностью, и скоро убираются в Валгаллау. Сигтрюгга пробирала дрожь от нетерпеливого желания спровадить туда Хальвдана. Если бы Один дал ему победу, если бы исчезла эта черная тень, омрачающая Восточный край! Все конунги из рода Торри Старого вздохнули бы с облегчением. А он, Сигтрюгг, справит свадьбу с Рагнхильд и получит и жену, и славу победителя Пса Хель.