Книга Печать безумных. Безымянные, страница 195 – Екатерина Гичко

— Если господин желает освободить меня от службы во дворце, я с радостью пойду смотреть за драконами, — Лирка тщательно скрыла надежду на такое развитие событий.

— Ну уж нет! За мной смотри.

«Тоже та ещё ящерица»,— проворчал Иррес.

— Так, я не дал своего одобрения, — напомнил о себе хайнес. — Буду считать, что зверя вы украли. Если случится хотя одна связанная с ним проблема — войска сюда брошу, чтобы забрать его. Ясно?

— Всё будет хорошо! — радостно заверила его Лоэзия, прижимавшаяся к каменно-жёсткому животу мужа. — Да, Ёрдел?

Ёрдел смотрел на спящую хриппуту. Та почему-то заворочалась во сне, капризно, как-то болезненно-испуганно сморщила морду и попыталась перевернуться на другой бок.

«Чувствуешь?— голос бывшего хайрена звучал восторженно. — Какая сила!»

Теперь Лирка тоже ощутила разлившееся в воздухе напряжение силы. Оно тянулось от господина Ёрдела к укрытой щитом хриппуте, и женщина заподозрила, что он пытается её… гладить?

— Конечно, — наконец отозвался хаги.

— Ты у меня самый лучший, — восторженно пела Лоэзия. — Самый-самый хороший! И умный! Как ты всё хорошо придумал. Ты всегда находишь решение.

Лирка заподозрила бы, что девушка безбожно льстит, но та смотрела с искренним обожанием и явно верила в то, о чём говорила.

Ёрдел слегка склонился, погладил жену по голове и… уголки его губ медленно и тяжело приподнялись.

— Жутковато, да? — горячее дыхание обожгло Лиркину щёку, и она отскочила от хайнеса, испуганно прикрывая ухо. — Где твои будущие родичи?

— О… Господин Юдриш, а где мои спутники Нарий и Ёрих?

Раздосадованный оборотень оторвал взгляд от хриппуты и чуть удивлённо приподнял бровь. Впрочем, он быстро спохватился.

— Так мы их трапезничать отправили. Чай голодные с дороги.

Лирка обеспокоенно смотрела то на Нария, то на Ёриха. Те никак не показывали перед хайнесом, что что-то не так, но она-то знала их дольше и видела: что-то случилось.

Нарий и Ёрих часто ругались и ссорились. Слишком уж разные. Образованный Нарий, происходящий из высшего общества и обладающий изысканными манерами, и безродный Ёрих, который своё имя-то научился писать, потому что Нарий его высмеивал (а потом и учил писать), постоянно цеплялись языками. В отряде к этому привыкли. Они и ругались-то как-то не всерьёз и, поссорившись, просто плевались ядом в сторону друг друга прицельнее. В целом отношения у них были неплохие, виларий Хабдир всё же не зря поставил их в пару. Ни разу не было такого, чтобы они поручение завалили из-за личных склок. Они даже три раза выпивали вместе! После чего сам хаварий Гед запретил им собутыльничать, виларий пообещал ноги переломать, а остальные члены отряда мрачнели каждый раз при выдаче жалования, когда из него высчитывали деньги за урон, нанесённый войсковому имуществу.

Но в этот раз они, видимо, поссорились всерьёз. Они старательно не смотрели друг на друга, а Ёрих был до странного немногословным, хотя это можно было списать на робость от встречи с самым могущественным оборотнем страны.

Сильнейший пожелал знакомиться на улице. Больно уж ему нравилось смотреть на болезненное выражение лица Мариша: явно завидовал Ёрделу, которого восхваляла жена, и мучительно пытался смириться с тем, что хриппута теперь полностью на их иждевении. Что ж, хоть какой-то плюс для государственной казны!