Книга Печать безумных. Безымянные, страница 194 – Екатерина Гичко

— Не отдам! — решительно заявила девушка, и Лирка поняла, что, оказывается, знает хозяйку дома недостаточно хорошо. — Вы её заберёте только со мной!

Юдриш оценил настрой юной госпожи и отчаянно закусил губу. Ну всё! Теперь им от этого куска ящерятины не избавиться! Вон Мариш уже нахмурился и недовольно зыркает на хайнеса, который в кои-то веки ради них старается.

Шагнувший вперёд Узээриш опомнился. Боги, на кого он когти вздумал точить⁈ Тьфу ты, стыд-то какой! Сов внутри виновато ворошился: Лоэзию он воспринимал исключительно как птенца, и птенец этот сейчас нарывался на воспитательную взбучку.

— Уверен, ваш муж и господин Мариш смогут удержать вас здесь.

— Я полечу следом! — пригрозила Лоэзия.

— Боги, — с досадой процедил Узээриш. — Вы учитесь у своего окружения худшим манерам.

Окружение зыркнуло на него волчьей стаей.

— Где вы её держать собираетесь? В вольере он не сможет укрыться от дождя и снега, а в ангаре будет без солнца. А вольер и ангар у вас здесь не поместятся. Госпожа Лоэзия, отключите жалость и включите здравый смысл. Вам негде её разместить.

Девушка отчаянно осмотрелась. Взгляд её стал непривычно жёстким, оценивающим. Она словно прикидывала, от каких построек можно избавиться и с какой стороны будет не так жалко подрубить парк. Вдруг воздух рядом с ней поплыл, и из ниоткуда шагнул Ёрдел. Он посмотрел на раздражённого хайнеса без каких-либо эмоций и выдал:

— Построим ангар с вольером. Господин О̀рший, — короткий взгляд в сторону соседнего участка, — хочет продать дом.

— Очень разумно с его стороны, — съязвил Риш. — За прошедшие два дня наверняка многие местные жители решили, что район теряет благонадёжный вид.

Лоэзия запищала от радости и поспешила обнять мужа. Смотрела она на него со слепым щенячьим обожанием. Досадливо скривившийся Узээриш повернулся к Лирке. Он почти смирился, что придётся оставить поле боя за противником — не портить же отношения с Маришем из-за какой-то хриппуты, — но настроение у него стало ещё более поганым.

— Ну что, хоёторский специалист, — он посмотрел на Лирку, будто это она была виновата. Или словно почуял, что она виновата косвенно, через сына, — расскажи госпоже Лоэзии, как ухаживать за питомцем, чтобы тот не сдох в ближайшее время. Иначе она решит ещё сложить ему погребальный костёр подходящих размеров. Или похоронить под порогом дома.

Юдриш содрогнулся.

Пришлось опустить взгляд в землю, чтобы скрыть своё недовольство.

«Иррес,— мысленно позвала она. — Иррес!»

«Да слышал я,— отозвался притаившийся подселенец. — Хриппута ест нечасто, раз в неделю. Она ведёт малоподвижный образ жизни, пищу переваривает долго. Для такого размера три-четыре свиные туши. Но она вряд ли и это съест. Вообще с её тощим видом ей надо есть чаще, но сомневаюсь, что она захочет. Можно вместо воды молоко давать».

Лирка посмотрела на мрачного Юдриша.

— Раз в неделю три-четыре свиньи давать. Если захочет есть раньше — хорошо. Ей нужно. Если нет, то вместо воды давайте молоко.

«Хотя вряд ли она помнит, что такое молоко,— с сомнением протянул Иррес. — Пронесёт с непривычки…»

Лирка оценила размеры хриппуты и вспомнила, что она всё-таки пока живёт в этом доме.

— Лучше с водой пока разводить, а то живот заболит.

— Да ты у нас действительно разбираешься, — прищурился хайнес. — Может, на лекаря по зверю пойдёшь?