Книга Печать безумных. Пророчество, страница 6 – Екатерина Гичко

— Теперь я хочу услышать эту занимательную историю подробнее. Давай, птичка моя, поведай мне, почему же ты столько времени молчала?

— Я не ваша, — поморщилась Лирка и заслужила наигранно удивлённый взгляд Риша.

— О, мы всё-таки решили огрызаться? Не дразни во мне сова! Я теперь хотя бы понимаю, чего он так гнездиться с тобой хочет.

Сов внутри всполошился, горделиво взъерошил перья, напоминая, что это он, он нашёл их самочку. Риш похвалил его: «Молодец! Умница ты моя! Вот бы ты ещё мне эти воспоминания раньше показал и желательно полностью». Увы, но звери крайне не любили допускать кого-то в своё сознание. Слишком непривычно и пугающе. Зато они имели доступ в сознание разумной половины. Узээриш впервые подумал, что это не очень-то честно.

Наедине с хайнесом Лиркой невольно вновь овладело смущение. Всё же было проще, когда о близости между ними знала только она. Порой ей даже казалось, что и близости-то не было, так, воспаление воображения. Теперь списать на воображение никак не получалось. Сильнейший смотрел на неё уже иначе, и Лирка не могла сказать, что он бесконечно далеко от неё. Скорее наоборот, пугающе близко. Вроде лежал на кушетке на расстоянии в полторы сажени, но девушка чувствовала себя так, словно они до сих пор стояли на тесном кухонном складе и хайнес нависал над ней, почти вдавливая в стену.

Неужели это чувство теперь никогда не пройдёт?

— Я не хотела утаивать специально, — тихо призналась Лирка. — То, что произошло… — она сглотнула и отвела взгляд. — Это случайность. Вы были не в себе, я тоже. После случившегося я очень испугалась. Мне… Я была очень юна, мне было ужасно стыдно, что я поддалась. Как можно признаться? Может, при дворе девичья честь и неважна, но меня воспитывали с мыслью, что это всё, что я могу дать мужу. А я… — она опять запнулась.

— Отдала её мне, — без смущения продолжил Узээриш.

К его удивлению, девушка тоже не сильно-то смутилась. Просто досадливо поморщилась.

— Кроме того, вы были очень пьяны, я боялась, что вы можете решить, что я воспользовалась вашим слабым положением, чтобы… заиметь какие-то блага. Вы тогда были… очень расстроены.

— Не способен мыслить здраво, — правильно угадал Риш то, что она хотела сказать на самом деле.

Лирка осторожно кивнула.

— Я просто боялась. И, когда поняла, что вы ничего не помните, порадовалась и решила не напоминать. Думала, что вам выпивка память отшибла. Да и зачем напоминать? Это не такое выдающееся событие, чтобы о нём говорить. Забыли — и к счастью.

— Хорошо, терзания юной девы я понимаю, — Узээриш прищурился. — Но отчего ты смолчала, когда поняла, что я забыл не сам, а из-за зелья? И терзаюсь из-за домыслов! Мучаюсь из-за этого!

— А вы себя видели, когда говорили об этом? — огрызнулась Лирка. — Вы будто хотели прибить ту несчастную, которая имела наглость утаить от вас произошедшее! Вы меня просто напугали.

— Так это ещё и я виноват? Ты меня соблазнила…

— Я не соблазняла вас! — вскинулась Лирка. — Вы первый… — и осеклась, увидев улыбку Сильнейшего и сообразив, что попалась на уловку. — Соблазнителем выступали вы. Я же оказалась слишком слаба и поддалась вам. Видят боги, — с досадой прошипела женщина, — я не хотела, чтобы вы вспомнили об этой слабости, и мы бы просто продолжили быть друг для друга хайнесом и подданым.